Книга Котёнок Котаева, страница 16 – Тиаверра

Заведующая неврологией кашляет.

— Коста, ты не имеешь отношения к нашему графику.

— Слава богу. Иначе я бы сейчас ещё объяснял, почему новый специалист за двое суток не обязан стать универсальной затычкой во все свободные клетки.

— Выражения выбирай.

— Я уже выбрал. Остальные были хуже.

Рита вмешивается прежде, чем заведующая успевает ответить:

— Съёмку перенесу. Мы поставили время до сообщения о дежурстве и не знали, что оно изменилось.

— Спасибо. Один взрослый человек найден.

— Не за что, — сухо говорит Рита. — Иди дальше искать, желательно молча.

— Молча я плохо ищу.

Людмила Сергеевна говорит тихо:

— Я правда не знала про остальное. Гера, если заведующая найдёт другого человека, я не буду настаивать.

— Я могу выйти, — сразу отвечает Гера.

Господи. Даже после публичного освобождения котёнок пытается добровольно вернуться в капкан и прикрыть за собой дверцу.

Заведующая вздыхает:

— Дежурство пока оставляем за Герой, потому что замены действительно нет. Утренний приём после него передам другому врачу, отсыпной оформим. Консультацию в терапии проведёт дежурный невролог, если она не требует именно Геру. Так вас устроит, Коста Эхсарович?

— Меня устраивает, когда врачи работают, а не проверяют на себе, через сколько часов без сна начинается медицина по вдохновению.

— Значит, договорились. И в следующий раз звони лично.

— Я и собирался. Но получилось эффективнее.

Кто-то фыркает. Рита отключается. За ней остальные.

Последней остаётся Гера.

— Ты обещал один вопрос.

— Я задал. Просто его услышали двадцать три человека.

— В чате тридцать один участник.

— Восемь прогульщиков. Разберёмся позже.

— Теперь все подумают, что я попросила тебя вмешаться.

— Все только что слышали, как ты просила меня не вмешиваться.

— Это не лучше.

— Для меня — значительно. Наконец-то ты при свидетелях сказала «не надо». Правда, не тому человеку, но прогресс ебать какой красивый.

Она молчит секунду.

— Я не слабая, Коста.

Веселье во мне выключается сразу.

— Знаю.

— Тогда не нужно меня спасать.

— Я тебя не спасал. Я заставил людей открыть график и воспользоваться глазами. Это разные вещи.

— Мне всё равно неприятно.

Вот теперь «нет» звучит не смешно. И я его слышу.

— Понял. Общий звонок был лишним.

— Очень.

— Но расписание всё равно было охуевшим.

— Коста.

— Всё, молчу. До завтра, Чудо.

Она отключается.

Под общей перепиской висит наше вчерашнее видео. Гера в белом халате стоит рядом со мной и спокойно объясняет, что нужно запомнить о начале приступа. Комментарии уже уверены, что между нами химия, судьба и тайный больничный роман.

У меня между нами новый невролог, которого я уважаю, и двадцать три свидетеля того, как она на меня обиделась.

Очень, блядь, перспективное начало.

• • •

На следующий день я вижу Геру в приёмном раньше, чем успеваю поздороваться.

Она стоит у каталки, собрав волосы в низкий хвост, и светит пациенту в глаза маленьким фонариком. Не заикается. Не рассыпает вещи. Не рассказывает всей комнате, почему выбрала именно этот карман халата.

Невролог у неё включается без разминки.

Меня вызвали из реанимации из-за снижения уровня сознания. Мужчину привезли после первого в жизни судорожного приступа. Судороги прекратились ещё до поступления, глюкоза в допустимых пределах, на нативной КТ свежей крови не увидели. В карте уже стоит удобная версия: затянувшееся постприступное состояние.