Книга Глупые, страница 121 – Галина Шатен

— Ты меня просто убиваешь, – ворчит, – никакого контроля, на хрен.

Однако вопреки всем ожиданиям парень не поднимается со мной, он долго-долго меня целует в машине, ждет, чтобы я зашла в подъезд, и только потом уезжает. Поэтому на шикарном диване я сплю одна всю ночь. Ну как сплю – ворочаюсь.

Утром просыпаюсь в дурном настроении. И сама на себя за это злюсь еще больше. Я не должна привыкать к нему. Это хорошо, что он не остался на ночь. Что не проснулась в его крепких объятиях. Потому что это просто до одурения круто – чувствовать его горячее тело и смотреть на его спящее лицо. Это все мне ни к чему. Как, как мне от всего этого отказаться, потому что, кажется, я совершенно не могу этого сделать.

Уже когда натягиваю джинсы, звонит телефон. Господи!

— Мила! – радостно восклицаю. – Почему ты так долго молчала? Как ты, любимая моя?

— Привет, сисюндра. – Голос моей сестры веселый, и я выдыхаю с облегчением. – Да Женя вроде как за мной присматривает, уже надоел, страж фигов!

— А сейчас он где?

— Заболел, – довольно проговаривает сестра, – но я на всякий случай ушла в туалет. У меня уроки начнутся через десять минут, времени немного есть. Как у тебя дела?

— Все хорошо, просто учусь, работаю, – все как всегда.

— А как Глеб поживает, мой будущий зять?

— Прекрати, какой он зять. Он живет с девушкой.

— Да? Ни фига себе финты! А ты как же?

— Да при чем тут я? Мила, мы только друзья.

— Ни фига себе друзья. Он что, тебя киданул? Вот козе-ел… Да ты его спасательный круг! Он бы без тебя школу не окончил сто пудов. Постоянно ты его вытягивала! Ты что, забыла? Ну, я ему устрою при встрече! Скорее бы к тебе вырваться!

— Мила, Мила, – выдыхаю, – я тоже этого хочу. Мне так жаль. Мне правда очень жаль, что я оставила тебя одну.

— Ага, лучше бы мы обе получали… О! Кстати, мне уже и кандидата в мужья подогнали, – невесело хмыкает сестра, – только они скорее найдут меня в петле.

— Мила! – От одной мысли мое сердце перестает стучать. – Никогда не говори так! Даже в шутку!

— Ну, ладно-ладно, что ты начинаешь, я ж просто… я бы никогда… Ты бы его видела. Такой здоровый. На бандюга похож, я чуть от страха в штаны не наложила, – хихикает. Невольно улыбаюсь. В этом вся моя сестренка. Все эмоции напоказ. – Я так соскучилась!

— И я, Милка, тоже. Просто безумно!

— Ладно. Все. Мне надо бежать, а то на урок опоздаю. Люблю тебя!

— И я тебя, – отвечаю, и моя сестра сбрасывает вызов.

Я помню вечер, когда мне рассказали, кто мы, во что верим и что соблюдаем. Мне было семь лет, папа посадил на свое колено и погладил по спине сильной рукой.

— Ангел мой, – задумчиво произнес он, – все на небе и земле создал Бог. А потом он создал мужчину по своему подобию. И из ребра мужчины создал женщину, – и дальше была по большой части ложь, выдуманная для пущего эффекта, но тогда я этого не знала. – И так должно быть на земле, чтоб мужчина слушал Всевышнего, а женщина безоговорочно мужчину, потому что именно он отвечает за проступки в семье и его потом Боженька будет наказывать.

— За что, папочка? – мне совсем не хотелось, чтобы моего папу наказывали.

— Ну, например, ты обманула или сделала что-то, что нельзя. А наказывать будут меня.

— Я никогда не буду плохо себя вести! – уверенно пообещала. Отец обменялся взглядами с мамой и улыбнулся.