Книга Глупые, страница 184 – Галина Шатен

— Перестань и выйди, – проговаривает неуверенно.

— Так ты мне объясни. – Моя ладонь ложится на стенку у ее головы, и я нависаю над ней. – Кого ты там любишь? Так вдруг…

— Тимур, выйди.

— Почему? Ты не одета? – снова усмехаюсь и теперь медленно веду по ней взглядом. – Так я все видел. И «вау», Антоныч, – вот моя оценка. Особенно нравится, как ты выгибаешься, когда я в тебя конч…

Шлепок. Не сильный. Скорее слабый. Но это была пощечина, и она заставляет заткнуться.

— Так что? Любишь его? – прищуриваю глаза, чтобы не упустить эмоций на ее лице.

— Люблю.

Она лжет. Словно открытая книга передо мной.

— Не хочешь быть со мной?

— Нет.

Снова ложь.

— Никогда-никогда?

— Никогда, Тимур. А теперь выйди.

Ауч. Чертовски неприятный ответ – и это правда. Она не собирается быть со мной. С этого момента и навсегда. Это странно. Это неправильно, потому что только впервые в жизни я приобрел нечто большое и ценное… И оно оказалось фальшивым?

Злость начинает наполнять меня и бурлить во мне.

— Выйди! – срывается на крик, полный отчаяния. Отворачивается и опускает глаза. Какого хрена сейчас происходит? Я чувствую тепло, исходящее от нее. Я хочу владеть этим и быть единственным обладателем этого права.

Отталкиваюсь от стены и делаю спиной два шага.

— Я не дам тебе жизни, блондиночка, – обещаю, – ты ведь помнишь, что я совсем не белый и пушистый, верно?

Закусывает губу и снова отводит взгляд. Какого лешего? Останови меня, на хрен!

Делаю еще один шаг. Но она не смотрит на меня и упрямо молчит. Разворачиваюсь, открываю шпингалет и выхожу. Не глядя на Милу, стоящую в проходе гостиной, выхожу из этой неожиданно душной квартиры.

Останавливаю машину только через три часа на обочине, на трассе, ведущей в Москву. Оглядываюсь. Какого рожна я тут делаю? Как смог опуститься до этого? Как позволил какой-то девчонке так нагло поселиться в своем сердце и голове. И второй вопрос: как мне ее оттуда, на хрен, выселить?

Когда возвращаюсь в квартиру, останавливаюсь в коридоре и оглядываю стены. Она и все дни до этого казалась пустой, но сейчас стала бесцветной. Я чертовски ждал, что уже завтра я привезу сюда девчонку, что заставляла биться мое сердце сильнее. Потому что я и она – это было нечто большое и правильное. То, что действительно делало счастливым. Забота о ней стала чуть ли не жизненным смыслом. Я до этого ни о ком не заботился. У меня даже собаки никогда не было, не хотел ни к кому привязываться. А сейчас?

Что вообще, на хрен, происходит?

Все, кого я впускаю в свое сердце, решают в какой-то момент, что я не достоин, и уходят от меня? Без малейшего сожаления?

Где моя верная собака, которую я бы лучше, на хрен, завел! Где она, мать ее?!

Вот сука! Сука-Варя, сука-мама, сука-жизнь, чтоб ее! От бессилия бью кулаком о стену, чувствуя, как разочарование и пустота наполняют меня до края.

Еще раз оглядываю пустой коридор. Нет. Я не хочу сегодня оставаться один. Я не буду.

Достаю телефон, чтоб набрать близнецам. Но на дисплее ясно написано: 2:30. Парни наверняка спят. Да и их предки не будут в восторге. Но есть еще одно место. Возможно, там себя чувствую не очень уютно, но все же это мой дом и там я точно не буду один.

Разворачиваю и спускаюсь к своей машине.

В доме не горит свет. Поэтому тихо пробираюсь наверх и забираюсь на свою кровать. Закрываю глаза. И возникает она, та, кто несколько часов назад сообщила охренительную новость. Но то, что мне вспомнилось, не связано с этим. Это приятное воспоминание. Поэтому я не прогоняю его, я хочу его прожить заново. Тот вечер, когда впервые коснулся ее, коснулся ее губ и заявил, что они теперь мои… Стоп. Резко сажусь в кровати. То есть мы не вместе и теперь ее может целовать любой другой парень? И не только целовать?