Книга Глупые, страница 198 – Галина Шатен

— Так ты веришь мне? – тихо уточняет, и я останавливаюсь.

— Тимур, естественно. Что за вопросы? А ты мне – нет?

— Глупая, – улыбается быстро погаснувшей улыбкой.

— Ну, знаешь, поумней некоторых, – толкаю его в плечо.

— Это еще не факт, – качает головой, – из нас двоих я тут переписываюсь с иностранцами, чтобы сделать проект по социологии.

— Что ты делаешь?

— Слушай, что я придумал. Я нашел три пожилые пары. Одни из США, вторые из Испании и третьи из Бразилии, которые в общем подсчете до фига лет в браке. Я с ними связался и попросил ответить на мои вопросы, так как мне это нужно для учебы. И они не против. Так что вышлют истории своих семейных ценностей мне на почту. Со второй частью порядок. И не как у всех.

— Обалдеть! Ты это сделал?

— Ты сомневаешься в моей гениальности?

— Ну…

— Эй, девочка, осторожнее на поворотах.

— А то что? Пожалуешься своим новым друзьям? – дразню его, вставая на четвереньки. Его взгляд опускается на мою грудь, потому что майка от пижамы уже ничего не скрывает в таком положении.

— Ты меня провоцируешь? – Он откладывает ноут – в его серых глазах зажигается огонь.

— Я? – опускаю одну бретельку с плеча. – С чего ты взял?

Тимур перекатывается и подминает меня под себя. Я невольно смеюсь.

— Даже не знаю, – шепчут его губы напротив моих. Он смотрит в мои глаза целую вечность. Затем выдыхает, прижимается лбом к моему и крепко зажмуривается. – Я так не могу.

— Что? Что случилось? – Сердце начинает стучать словно сумасшедшее. Почему-то мне представилось, что он сейчас попросит собрать вещи и уйти, потому что он одумался и понял, что все это было ошибкой. Клянусь, эти мысли проносятся в голове с бешеной скоростью, вынуждая замереть под тяжестью его веса.

Медленно поднимает голову и смотрит на меня тяжелым взором, заставляя мое сердце замедлиться.

— Я люблю тебя, – говорит серьезно.

— Фу, ты меня напугал! – Шлепаю его по плечу и выдыхаю. – Ты так доведешь меня…

— И я соврал. Я откупался от Глеба. Я давал ему деньги, чтобы он не подходил к тебе.

— …до инфаркта… – смолкаю, так как смысл его слов медленно начинает доходить до меня.

В комнате наступила такая давящая тишина, и только наше тяжелое дыхание и прямые взгляды остались. Неприятное чувство, словно поскребли по сердцу, снова вернулось.

«Никогда никому не доверяй,– сказала я Миле в ночь перед побегом.– У меня есть ты, у тебя есть я. И больше никого в этом мире».

Клянусь, что каждая клеточка в моем теле натянута, как струна.

— Ты хочешь, чтоб я ушел?

— Да, – говорит быстрее, чем я готов это услышать. Выдыхаю и скатываюсь с нее. Встаю, делаю два шага. – Только… только не за порог этой комнаты.

Застываю и оборачиваюсь. Она смотрит на меня, затем отворачивается и накрывается одеялом. Чертовски здорово, и что все это значит? Этот длиннобудылый пожизненно будет вставать между нами?

Черт, это моя кровать! Стаскиваю подушку со своей половины и одеяло, бросаю на пол, выключаю свет и ложусь на мягкий ковролин. Закидываю руку на лоб, не закрывая глаз, разглядываю потолок. Я надломил ее доверие, как раз когда она стала мне доверять, так мог поступить только мудак. Это провал, парень. Это чертов провал.

Я никак не могу уснуть, и дело не в ковролине: я далеко не принцесса. Она попросила остаться, это хорошо, ведь так? Или она утром проснется, соберет свои вещи и слиняет просить прощения у Сосиски? Хрен ей. Она должна меня простить. Это не такая…