Онлайн книга «В ловушке»
|
— Я справлюсь, – с улыбкой сказала она. — Послушай, Саша. Нам нужно поговорить. Это важно и серьёзно. Ну конечно! Сейчас он начнёт отговаривать её от переезда. Да только бесполезно. Здесь у неё ничего не осталось – ничего и никого. А от того, кто остался, лучше держаться подальше. — Хорошо, Борис Львович. Мы поговорим о важном и серьезном, раз вы настаиваете. Но не сегодня. У меня был трудный день, извините. Я вам позвоню. До свидания. Александра развернулась и вышла из кабинета. Вернувшись в отель, она бросила папку на тумбочку, долго отмокала в ванне, растирая по щекам слёзы вперемешку с тушью. Улеглась в кровать, лениво пощёлкала кнопками пульта, проглядывая телеканалы. Но зацепиться ни за что не получалось. Александра выключила телевизор и покосилась на папку. Посмотреть, что ли? Все равно заняться нечем. Взяла папку в руки и, поудобнее устроившись в кровати, стала перебирать документы… А через несколько минут застыла, глядя в одну точку. Простые слова, а смысл никак не улавливался. «Свидетельство об усыновлении (удочерении)». То есть… она не родная дочь своих родителей, и они от неё это скрывали? Александра потянулась за телефоном и набрала номер. — Борис Львович, – сказала она тихо. – Я думаю, нам действительно стоит поговорить. — Где ты сейчас? – он явно понимал, о чём будет разговор. Она назвала отель. — Хорошо, – донеслось из трубки. – Жди меня в ресторанчике при отеле. Буду через час. Весь час Александра металась по комнате, словно дикий зверь по клетке. Она уже не понимала, что думает и что чувствует. Мысли и ощущения нахлынули разом, затопив сознание. Горькая, по-детски жгучая обида на родителей, утаивших от нее правду, немыслимое облегчение, буйная, на грани сумасшествия радость, невесть откуда взявшаяся злость смешались в дикий коктейль. И он ударил в голову, перевернул весь мир вверх ногами. А может, наоборот? Мир встал, наконец, с головы на ноги, и все разложилось по полочкам, заняло свои законные места? Ведь именно в этом, новом мире то, что происходило и происходит между ней и Константином совсем не порочно, недопустимо и бесстыдно, а правильно, естественно и прекрасно. Потому что он ей не брат! И всё, что казалось немыслимым, невозможным – возможно! Александра рухнула в кресло, прижав руки к груди, в которой рвано и быстро бухало сердце. Колотилось так, будто хотело выпрыгнуть наружу. Воспоминания, стыдливо затолканные в самый дальний уголок сознания, как недостойные, запретные, потихоньку выбирались наружу. Накатывались одно на другое, словно волны. И не было теперь никакой необходимости отказываться от них… Напротив, можно было перебирать их, как сокровища, редкие и оттого драгоценные. Перебирать и наслаждаться каждым. …Она прижимается к нему плечом, а он касается её, гладит по волосам, и его пальцы едва заметно подрагивают. От этих касаний, легких, почти невесомых, кружится голова и сладко обмирает внутри. Сладко и умопомрачительно приятно… И она старается не двигаться, затихнуть… Чтобы он не опомнился. И не убрал свою руку… «Даже школьники уже бы просекли, как ты на нее пялишься, – доносится из темноты сада насмешливый голос Демидова. – Совсем не по-родственному. Она хоть в курсе?» Константин молчит, не отрицает. И чем дольше он молчит, тем сильнее у нее колотится сердце, тем сильней от веселого ужаса сводит живот… |