Книга Теория двойного предательства, страница 10 – Мстислава Черная, Ива Лебедева

— Юна, скажи, пожалуйста, тот парень, подаривший тебе кольцо… Ингрем Ларсон, да?

С одной стороны, Микаэль откровенно лез не в свое дело. С другой стороны, именно Микаэль помог мне разобраться со злополучным стихом, открыл глаза на подставу с рунами, показал, как древний текст был искажен настолько идеально, что я ничего не заподозрила.

Опять же, Микаэль назвал имя, причем уверенно, без капли сомнения.

— Да, Ингрем, — вздохнула я.

— И он же крутился рядом, когда ты переводила девятый стих? А потом впитал проклятие?

— Да.

Что тут еще скажешь? Он сам все знает. Я отчетливо почувствовала, что Микаэль спрашивал не для того, чтобы получить подтверждение своим мыслям, он просто поддерживал разговор.

Микаэль снова уставился на кольцо, над переносицей проступила вертикальная морщинка, губы сжались в тонкую линию. Сейчас передо мной снова был не лохматый аспирант-заучка, а маг и… человек, привыкший к власти?

Глупые мысли.

Думать надо о том, что я снова ошиблась — с кольцом что-то не так.

Я потянулась снять его, но ободок, вместо того чтобы соскользнуть с пальца, лишь прокрутился. Я попыталась еще раз, но лучше не стало, кольцо вновь прокрутилось и осталось на пальце. Оно не прилегало плотно, наоборот, ощущалось невесомым и обманчиво свободным. На ум сразу пришли народные способы решить проблему: намылить кожу или стянуть по нитке. Едва ли стоит проверять.

— Оно не снимается! — Паника в моем голосе пока лишь скользнула краешком, не выплеснувшись в реальность.

Микаэль подошел ко мне вплотную, внимательно посмотрел прямо в глаза сверху вниз и взял мою руку. Его пальцы были теплыми и сухими, и я почувствовала, как странная, ни на что не похожая дрожь пробегает по телу от этого прикосновения.

— Не паникуй, — сказал он. — Я сейчас покажу тебе, как работает то самое заклинание иллюзии, на которое ты натолкнулась при переводе. Это даже интересно, поверь.

И после этих слов снял очки. Те самые, странные, в толстой роговой оправе и со стеклами, сильно искажающими размер его глаз.

Я как зачарованная смотрела на его лицо без этих очков, потому что оно очень, просто очень сильно изменилось. До этого момента я видела некоторые его черты как бы по отдельности — нос с легкой горбинкой, ровные брови, красиво вылепленные скулы, твердый узкий подбородок. Но это все терялось под лохмами вечно всклокоченной шевелюры и прикрытием будто нарочно самой уродливой оправы из всех возможных.

А теперь он снял очки, и… Мамочки! Во-первых, Ингрем действительно чем-то отдаленно походил на него, наверное, тем самым, что мне в нем понравилось, а во-вторых, мы что, всей академией ослепли, раз не видели, насколько это очешуительно красивый парень?!

— Юна! Перестань таращиться на меня, сделай вдох и посмотри на кольцо через очки.

Очарование момента исчезло, я страшно смутилась и послушно опустила глаза. И позволила напялить на себя эти странные окуляры. Мир вокруг стал расплывчатым, но тут в эту расплывчатость попало кольцо, и я замерла. Вокруг него вилась тонкая, почти невидимая нить, темная, вязкая, с едва заметным зеленоватым свечением. Она обвивала металл и тянулась куда-то вверх, в пространство, как паутина.

— Что это? — прошептала я, чувствуя, как внутри холодеет.

— То, как кольцо выглядит на самом деле, — вздохнул Микаэль, возвращаясь к привычной манере говорить мягко и с заметными учительскими нотками. — Твой парень скрыл гравировку точно так же, как прежде скрыл настоящий текст со страницы.