Книга Королевская кровь-14. Часть 2, страница 93 – Ирина Котова

Кофе привезли через минуту, будто Люка ждали — и он сделал несколько глотков, сидя на массивном кожаном диване, лениво скользя глазами по мраморным стенам и колоннам, по дорогой мебели и стеклянным столикам, по высоким окнам. За окнами было лето, но здесь внутри, как его величество помнил, всегда было официально, прохладно и гулко, как в музее. Ничего живого. Идеальная картинка для газет и однопартийцев, которых отец иногда собирал здесь на фуршеты.

Раньше Люк курил прямо здесь, чтобы позлить отца. Сейчас не стал. Не ребенок уже в самом деле.

Раздались поспешные шаги — по массивной лестнице с позолоченными перилами (смотрелось это, однако, не вульгарно, а тоже холодно) спускался Джон Кембритч, точнее, уже герцог Кембритч-Залесский. В сером костюме, как всегда безукоризненно аристократичный. Люк закинул в себя остатки кофе и встал.

И впервые показалось ему, что отец на этой огромной лестнице выглядит не как заносчивый засранец, а как очень одинокий человек.

— Ваше величество, — Кембритч-старший склонил голову.

— Отец, — Люк протянул руку, и лорд Джон ее пожал, удивленно глядя на него. Его величеству ужасно захотелось коснуться мыслей Кембритча-старшего, но он остановил себя. — Не на публике прошу без официоза.

— Вы… ты предлагаешь по-прежнему обращаться друг к другу «отец» и «сын»? Даже наедине? — понизив голос, изумленно уточнил лорд Джон. Предварительно оглянувшись, чтобы убедиться, что слуг вокруг нет.

— Настаиваю, отец, — отозвался Люк, и собеседник задумчиво кивнул. — Где у тебя можно поговорить так, чтобы никто не видел? И не слышал? Я, конечно, могу поставить щит, но непрозрачный я еще не умею делать.

Герцог внимательно посмотрел на него — от него тянуло озадаченностью и настороженностью. И Люк почти увидел, как в голове у лорда Джона прощелкивают мысли. В кабинет нельзя — там хозяин будет занимать доминирующее положение, это против этикета. Да и отчитывал там отец непутевого сына неоднократно — будут нежелательные ассоциации. В холле — невежливо, да и слишком много лишних глаз. В переговорную? В одну из гостиных? Может, пригласить на ужин?

— Прошу за мной, ваш… Лукас, — вовремя исправился Джон Кембритч, указывая куда-то вглубь холла, и, подождав, пока Люк двинется, пошел рядом с ним. — Тебе не стоило утруждаться, навещая меня. Я понимаю твою занятость и всегда готов прийти сам.

Они шли через дом к выходу во внутренний двор — туда, где по инляндскому обычаю был сделан большой парк. Люк бывал там на паре раутов, которые давал отец, и знал, что парк убегает далеко к реке Адигель.

— Мне захотелось отвлечься, — откликнулся его величество. Они вышли в парке через массивные двери, и там действительно оказалось жарко. Ухоженная поляна была усажена клумбами в самой патриотичной форме, в форме гербов Рудлога — между них обычно и выставлялись столы, а на сцену, сейчас деликатно уставленную горшками с цветами, поднимался струнный оркестр. Обвивающая поляну дорожка убегала в парк, теряясь среди деревьев. В стороне под навесом стояло несколько белых гольфкаров — лорд Джон иногда играл на собственном гольф-поле с министрами, однопартийцами и конкурентами.

— У меня есть место, где нас никто не увидит и не услышит, — сказал Кембритч-старший и указал рукой на гольфкар. — Прошу вас… тебя, садись. Ехать семь минут.