Книга Рассказы, страница 474 – Ричард Мэтисон

Однажды ранней осенью 18… года госпожа Алексис Герия проснулась с ощущением полной апатии. Больше минуты она неподвижно пролежала на спине, уставившись темными глазами в потолок. Какой обессиленной она себя чувствовала! Казалось, ноги налились свинцом. Может быть, она заболела? Петре непременно должен осмотреть ее.

Слабо вздохнув, она приподнялась на локте, и ночная сорочка с легким шорохом соскользнула с плеч. Как это она сумела развязаться? Госпожа Герия удивленно осмотрела себя.

И внезапно вскрикнула.

Доктор Петре Герия, сидя в столовой за утренней газетой, вздрогнул от неожиданности. Он тут же отодвинул стул, бросил на стол салфетку и выскочил в коридор. Промчавшись по широкому ковру к лестнице, он начал подниматься, перепрыгивая через ступеньки.

В близком к истерике состоянии госпожа Герия сидела на краю кровати и с ужасом разглядывала свою грудь. Белизну ее кожи пятнала полоска засохшей крови.

Доктор Герия отослал прочь горничную, застывшую на пороге с разинутым ртом. Потом закрыл дверь и кинулся к жене.

— Петре! — охнула она.

— Осторожней.

Он помог ей снова положить голову на испачканную кровью подушку.

— Петре, что со мной? — умоляющим тоном спросила она.

— Лежи тихо, дорогая.

Умелые руки быстро пробежались по ее коже, отыскивая повреждение. Неожиданно у него перехватило дыхание. Чуть наклонив голову жены вбок, он потрясенно смотрел на булавочные уколы на ее шее, от которых стекала вниз струйка тягучей крови.

— Мое горло, — прошептала Алексис.

— Нет, это просто…

Доктор не договорил. Он прекрасно знал, что это такое.

Госпожа Герия задрожала от страха.

— Боже мой, боже мой! — причитала она.

Доктор Герия встал и подошел к умывальнику. Набрав воды, он вернулся к жене и смыл кровь. Теперь ранки стали едва различимы — две крошечные точки рядом с яремной веной.

Поморщившись, доктор Герия коснулся бугорка воспаленной ткани. Жена трагически застонала и отвернулась.

— Послушай меня, — сказал доктор подчеркнуто спокойным тоном. — Мы не поддадимся вот так сразу всяким суевериям, слышишь? Есть множество…

— Я умираю, — прошептала она.

— Алексис, ты слышишь меня?

Он крепко сжал ее плечо.

Она повернула голову и посмотрела на него пустыми глазами:

— Ты ведь знаешь, что это такое.

Доктор Герия проглотил комок в горле. Во рту все еще ощущался вкус кофе.

— Я знаю, на что это похоже, — ответил он. — И мы должны… учитывать такую возможность. Но все же…

— Я умираю, — повторила она.

— Алексис!

Доктор Герия порывисто взял ее за руку.

— Тебя не отнимут у меня, — заявил он.

Солта, городок с населением в несколько тысяч человек, лежал у подножия румынских гор Бихор. Здесь властвовали темные традиции. Заслышав волчий вой, люди без раздумий осеняли себя крестным знамением. Дети собирали луковицы чеснока точно так же, как в других местах собирали бы цветы, чтобы поставить на подоконник. На каждой двери был выведен краской крест, на каждой шее висел металлический крестик. Угроза губительной встречи с вампиром была так же реальна, как угроза смертельной болезни. Она постоянно висела в воздухе.

Об этом и рассуждал доктор Герия, закрывая ставни в спальне Алексис. Небо вдали над горами окрасилось в цвет раскаленного металла. Скоро снова наступит темнота, и обитатели Солты запрутся в своих пропахших чесноком домах. Доктор не сомневался, что все уже знают о происшествии с его женой. Кухарка и горничная умоляли отпустить их. Только несгибаемая твердость дворецкого Карела заставляла их продолжать работу. Но скоро и ее станет недостаточно. Страх перед вампирами побеждает любые разумные доводы.