Книга Опознание, страница 4 – Алексей Градов

Кисляк молча подносил линейку к поврежденным костям, фиксируя масштаб на фотокамеру. Гранин водил лучом фонаря, отмечая детали. Ткани на левом предплечье сохранились чуть лучше, частично прикрытые туловищем. Рука, прижатая к остаткам оплавленной рулевой колонки, представляла собой черный обрубок, но кисть, в отличие от правой, сгоревшей до кости, уцелела. Пальцы сжались в кулак, кожа на них лопнула, обнажив серые сухожилия, но структура фаланг была различима.

Свет фонаря скользнул по левой кисти и выхватил тусклый блеск.

— Свети сюда, — Гранин указал фонарем на левую руку. — Кисляк, пинцет.

Сержант извлек из чемоданчика длинный хирургический пинцет. Гранин поднес луч почти вплотную. На безымянном пальце, вплавленный в обугленную плоть, темнел деформированный ободок металла. Золото. Оно не стекло, как алюминий, но оплавилось, потеряв форму.

Кисляк осторожно, стараясь не повредить остатки тканей, подцепил кольцо пинцетом. Оно подалось с легким хрустом — спекшаяся кожа ломалась, как сухой пергамент. Сержант аккуратно повернул кольцо. На внутренней стороне, там, где металл пострадал меньше всего, в свете фонаря проступили гравированные буквы.

— Снимай, — бросил Гранин.

Кисляк сделал несколько макроснимков, затем осторожно снял кольцо и положил его на пластиковую подложку. Гранин достал из кармана лупу и склонился над уликой.

Сквозь слой сажи и окиси отчетливо читалась надпись: «Е.Л. 14.07.2011».

В голове майора щелкнул невидимый тумблер. Сводки, которые он просматривал утром. Заявление о пропаже. Артур Липинский. Главный архитектор города. Исчез три дня назад. Жена — Елена Липинская. Инициалы. Дата. Все сходилось.

— Е.Л., — Гранин выпрямился. — Елена Липинская. Если это ее кольцо, то труп, возможно, ее мужа. Артура Липинского.

Кисляк присвистнул. — Архитектор? Ничего себе. Его же вроде весь город ищет.

— Ищет, — Гранин спрятал лупу. — А мы нашли. Вернее, то, что от него осталось.

Он снова посмотрел на обугленный манекен. Архитектор. Главный человек по застройке порта. Человек с деньгами и связями. Сгоревший в безымянном микроавтобусе без номеров на заброшенной дороге. Слишком много вопросов для одной ночи.

Санитары из труповозки уже разворачивали черный пластиковый мешок, готовясь к неприятной процедуре извлечения останков. Кисляк собирал инструменты. Осмотр был окончен. Первичные данные зафиксированы. Теперь дело за судмедэкспертом.

Гранин тяжело вздохнул, вдыхая сырой воздух. Дождь усилился, смывая копоть с раскисшей глины. Майор развернулся и медленно пошел вверх по склону кювета, проваливаясь в грязь. У обочины стоял его уазик. Гранин подошел к багажнику, бросил туда фонарь и захлопнул крышку с глухим металлическим лязгом. Стянул с рук синие нитриловые перчатки, обнажив бледную кожу. На указательном пальце правой руки остался серый след от пепла. Он потер его большим пальцем, размазывая сажу, и открыл переднюю дверь машины.

— Поехали, Михалыч, — сказал Гранин, садясь на холодное сиденье. — Прямо в морг на Заречной. Я должен быть там, когда его распакуют.

Подвальный коридор морга на Заречной встретил Гранина привычной, въевшейся в стены смесью запахов: едкой хлорки, застоявшегося формалина и крепкой махорки. Этот аромат оседал на одежде мгновенно, въедался в волосы, оставаясь с тобой до конца дня, сколько бы ты ни пытался его смыть. Желто-зеленый кафель, сплошь исполосованный сетью мелких трещин, был влажным. Гудящая, как трансформатор, вытяжка едва справлялась с тяжелым, спертым воздухом.