Книга Опознание, страница 68 – Алексей Градов

Бригадир МЧС, с трудом удерживая на голове каску, бросается к подчиненному, приседает на корточки и прикладывает рацию к уху, пытаясь расслышать слова сквозь вой ветра. Водолаз хватает начальника за мокрый борт куртки и кричит ему в лицо, надрывая сорванные связки: «Там, в четвертом кессоне! Защитная стенка лопнула по шву, внутрь хлынула вода, вымыла весь этот бракованный песок! Я обследовал внутреннюю камеру, искал скрытые трещины, чтобы понять масштаб обрушения. На глубине шести метров… Там, намертво застряв между перекрученными прутьями несущей стальной арматуры, висит тяжелый предмет! Это не мусор, командир! Это длинный сверток, плотно обмотанный толстым слоем строительного брезента. Он крест-накрест стянут стальными тросами и придавлен чугунными противовесами, чтобы никогда не всплыл на поверхность!»

Начальник смены меняется в лице. Водолаз судорожно сглатывает и продолжает кричать, перекрикивая грохот рушащихся плит: «Там человек, командир! Брезент разорвало острой арматурой, когда песок начало вымывать штормом. Подводное течение сорвало часть маскировки. И из этой прорехи вымыло человеческую ногу! Я светил фонарем почти в упор. Я четко видел ногу в дорогом кожаном ботинке. Фирменный, полированный ботинок, командир. Это настоящий могильник. Они замуровали кого-то прямо в фундамент, залили раствором, но море вскрыло тайник!» Штормовые волны сорвали фальшивую маскировку не только со строительных хищений. Безумная стихия обнажила страшную тайну, вытащив ее из бетонного склепа.

В этот момент оцепенения, когда спасатели застывают над страшной находкой, сквозь плотное оцепление мечущихся рабочих стремительно протискивается фигура в насквозь промокшей куртке. Гранин действует с профессиональным хладнокровием хищника. Игнорируя протестующий крик охраны и острую боль в сломанных ребрах, майор шагает прямо к начальнику смены МЧС. Он резким движением достает из внутреннего кармана удостоверение Следственного комитета и властно разворачивает его прямо перед лицом растерянного бригадира. В свете фонарей золотой герб вспыхивает как смертный приговор империи Смирнова. Для следователя перестают существовать ураганный ветер, секущий ледяной дождь и глухой грохот падающих в залив бетонных плит. У него есть лишь одна цель.

«Майор юстиции Гранин, Следственный комитет!» — голос Родиона Андреевича звучит с такой металлической жесткостью, что мгновенно перерезает гул шторма и подавляет любую волю к сопротивлению. «С этой секунды я принимаю на себя командование данным участком! Никакой самодеятельности, бригадир. Это больше не спасательная операция. Это место совершения особо тяжкого преступления. Уголовное дело об умышленном убийстве и сокрытии тела! И мы только что нашли главное вещественное доказательство!» Бригадир смотрит в ледяные глаза следователя и отчетливо понимает — этот человек пойдет до конца. «Что прикажете делать, товарищ майор?» — отрывисто спрашивает спасатель. Гранин поворачивается к махине строительной техники. «Немедленно подгоняйте к краю прорана портальный кран со стрелой. Мы поднимаем этот груз прямо сейчас, пока море не унесло его на дно».

Хаос строительной площадки мгновенно структурируется. Ревут форсированные дизельные двигатели портального крана. Громадная машина на гусеничном ходу, оглушительно лязгая траками, медленно подползает к краю обрушившегося парапета. Двое водолазов, надежно закрепив на поясах фалы, снова погружаются в кипящую пену, чтобы завести мощные стальные стропы под сверток, застрявший в арматуре разрушенного кессона. Минуты ожидания растягиваются в бесконечность. Гранин неподвижно стоит на краю бездны, не обращая внимания на ледяные брызги, бьющие в его избитое лицо. Кисляк стоит рядом, до боли сжимая кулаки от невыносимого напряжения.