Книга Ты моё проклятие, страница 53 – Анастасия Итрухина

Как-то раз, когда Ира вышла позвонить, он остался со мной наедине.

— Коллекцию востановили, – сказал он, глядя в окно. – Все, что ты выбросила. Испачканые постирали, некоторые, что были порваны мастерицы заштопали и добавили немного деталей к узору. Ты хорошо их научила.

— Слава богам, – вырвалось у меня по привычке.

Он обернулся, удивленно поднял бровь.

— Я думал, ты не религиозна.

— Привычка, – смутилась я. Привычка, которой больше тысячи лет.

— Денис передает привет, – сменил он тему, и в его голосе я уловила легкую, едва слышную нотку раздражения. – Его бабка, Мария Степановна, очень переживает. Говорит, если что, у нее есть травки «от испуга». Кажется, она тебя в невестках видит.

Он произнес это с подобием шутки, но его взгляд был испытующим. Я поняла, что баба Маша, потдоброье своей и суетливому характеру, просто хотела свести своего взрослого внука с «милой соседкой». Никаких тайных намерений, только бытовая, житейская магия свах.

— Денис – хороший человек, – осторожно сказала я. – Но он просто друг. И внук моей соседки.

Тень, бродившая в глазах Максима, отступила. Он кивнул, как будто получил нужную информацию.

— Строганов отрицает все причастности, – вернулся он к делу. Его лицо снова стало жестким. – Но его бизнес трещит по швам. История о поджоге и спасенной коллекции облетела все медиа. Те, кто сотрудничал с ним, теперь боятся. Репутация – хрупкая вещь. Ее легко потерять.

Я снова почувствовала холодок по спине. Он говорил о репутации, но я слышала за этим нечто иное. Он строил Строганову погребальный костер из его же собственных дел.

В день моей выписки он привез меня не в мою скромную квартирку, а в свой просторный дом, ультрасовременный большой дом в охраняемом посёлке под Озерском. Честно, мне не хотелось опять оставаться одной и я была ему благодарна.

— Пока все не утрясется, ты будешь жить здесь, – заявил он тоном, не терпящим возражений. – Охрана, видеонаблюдение, бронированная дверь. Никаких неожиданных гостей.

Ира была в восторге, что мы с ней снова будем жить все вместе. А я, стоя у огромного окна и глядя на сад, чувствовала себя дикаркой, попавшей в золотую клетку. Безопасную, роскошную, но клетку.

Вечером я не могла найти себе места и вышла на веранду. Воздух был прохладным, пахло дождем и бензином. Я смотрела на огни машин, на далекие сияющие окна небоскребов, и меня охватила тоска по другому небу – низкому, усыпанному яркими звездами, по запаху дыма от костра и свежескошенной травы.

За моей спиной послышались шаги. Максим.

— Не можешь уснуть? – спросил он, присаживаясь в подвисное кресло.

— Новое место, – уклончиво ответила я.

— Ну не совсем. – улыбнулся он, – Ты уже была у нас в гостях. Как тебе комната?

— Нормально. – без эмоций ответила я.

Максим отдал мне одну из гостевых комнат, в которую перевёз часть моих вещей, пока я была в больнице.

Мы молча смотрели на город. Он был олицетворением этого мира – сильный, целеустремленный, уверенный в своей власти.

— Ты не такая, как все, Алиса, – тихо сказал он. – Я всегда это чувствовал. В твоих глазах... там слишком много для такой молодой девушки. Слишком много боли.

Мое сердце замерло. Он видел. Он, не верящий ни во что, кроме фактов, видел осколок чужой души в моем взгляде. Или я приувиличиваю и он говорит о проблемах пережитых прежней Алисой?