Книга Сезон урожая, страница 13 – Бринн Уивер

— Именно так, сынок.

Он поворачивается ко мне всем телом и задевает сапогом пятно. Я, конечно, не смотрю вниз на следы расправы, но шериф все равно бросает туда взгляд и переступает с ноги на ногу, чтобы получше рассмотреть подтеки. Когда Йетс вновь глядит на меня, уголок его губ приподнимается в улыбке. Наступает мгновенное облегчение – да, он, возможно, и правда некомпетентен, как думает Харпер. Стоит шерифу открыть рот, надежда испаряется.

— У меня к вам парочка вопросов.

Немыслимых усилий стоит не наброситься на него. Тысячи сценариев вмиг появляются в голове. Можно прямо сейчас ударить его. Он совсем немного выше меня. Шерифу лет шестьдесят, но он в хорошей форме. Стоит использовать то, что он ранен. Застрелить из табельного пистолета? Получится ли уйти безнаказанным? Успею ли я схватить Харпер и заставить скрыться вместе со мной? Сможет ли она начать новую жизнь во второй раз? Или надо просто взять всю вину на себя, чтобы защитить ее? Сработает ли это вообще?

Йетс расправляет плечи, его глаза темнеют, будто он видит меня насквозь.

— Гиблый Мыс – городок небольшой. Наверное, вы и сами заметили. Уверен – все уже слышали, что прошлой ночью меня пырнули ножом. Слухи в таком городе, как этот, разносятся быстро, особенно если их источник – Ирэн.

Я коротко киваю.

— Так и думал, – говорит он и добродушно качает головой. – А вы спасатель-поисковик, верно?

Сердце замирает в груди, и я пытаюсь прочистить горло.

— Да, сэр.

— Когда планируете вернуться домой, в Теннесси?

— Пятнадцатого июля, шериф.

Он чешет щетину здоровой рукой, смотрит на море и кивает – явно тянет время. С каждой секундой сердце бьется все сильнее и сильнее.

— Ну мне бы не помешала помощь, если вы не откажете.

— Я… простите?..

— У нас людей не хватает. Лишняя пара рук была бы очень кстати.

— Для чего?

— Только что заявили о пропаже человека, его жена подняла шумиху. Учитывая, что у нас еще идет расследование убийства на винокурне, сюда вот-вот слетится пресса. Нужно разобраться с этим дерьмом побыстрее. Поэтому очень пригодится кто-нибудь, кто сможет организовать поиски. Опытный. – Он хлопает по раненой руке и выдает усталую, вымученную улыбку. – Знаете, я уже не так молод. Рана быстро не заживет – чертову повязку придется носить еще недели две, не меньше.

Открываю рот. Закрываю. Открываю снова, но никакого звука не издаю.

Йетс одаривает меня разочарованной улыбкой.

— Признаюсь, надеялся на чуть более воодушевленный ответ, – говорит он, хлопая меня по плечу, – но все понимаю. У вас отпуск, а просьба серьезная. Подумал, может, вы захотите сделать это ради Харпер.

Приступ страха возвращается вновь, пронзая ребра.

— Сэр?

— Ну вдруг захотите остаться из-за нее. Если верить слухам, вы двое много времени проводите вместе. На Гиблом Мысе ничего не скроется от людских глаз.

— Я понял.

Шериф снова хлопает меня по плечу.

— Не волнуйтесь, юноша. Я что-нибудь придумаю. Может, еще увидимся у домика Харпер, мне надо бы проведать ее. Сначала Артуру стало плохо, потом та ужасная авария… на нее много всего свалилось в последнее время. А мы привыкли заботиться друг о друге.

Шериф постукивает по своему значку – на нем в круг выгравировано слово «Каритас», название благотворительной католической организации – и поворачивается к гостинице. Йетс делает всего два шага, и я кричу ему вслед: