Книга Сезон урожая, страница 15 – Бринн Уивер

Его взгляд падает на меня и смягчается, будто извиняясь.

— Ты не виновата, Харпер. Не ты заставила кого-то вломиться на винокурню и дать себя убить. И Артур – не твоя ответственность.

Хотя я понимаю, что Лукас пытается снять груз вины с моих плеч, чувство никчемности сменяется другим – ощущением полного провала. Он, конечно, не знает, что причина бойни на винокурне – я. Моя работа – оберегать Гиблый Мыс. Я дала такое обещание, а теперь не смогу сдержать, если в городе объявится очередной бесполезный турист. Как бы ни было противно это признавать, Нолан прав – мы не можем продолжать убивать. Через несколько дней заявятся «Следопыты» и будут рыскать по городу, пытаясь выяснить, как погибли Сэм и Винни. И неизвестно, какие еще тайны им удастся вскрыть.

Лучшее, что можно сделать сейчас, – найти способ отвести от нас подозрения. От Артура. Он мой лучший друг. Мой наставник. И подвела я не только Лукаса. Я подвела и Артура, позволила ему влипнуть в неприятности. Вопреки мнению внука, его благополучие – действительно моя ответственность. Наверное, так быть не должно. Возможно, я приношу больше вреда, чем пользы.

— Что делать будешь? – только и могу выдавить я.

Лукас бросает на меня грустный взгляд.

— Думаю, не пора ли поговорить с домом престарелых «Шепот сосен»…

После паузы мне наконец удается сглотнуть ком в горле и едва заметно кивнуть.

— Это не значит, что ему нужно прямо сейчас ложиться в учреждение, – поясняет Лукас, чувствуя мое смятение, хотя я изо всех сил стараюсь не хмуриться и не позволить слезам застлать глаза. – Просто хочу поговорить с ними, узнать, что они предлагают. У них, наверное, очередь. Еще слышал, что там отличная программа лечения деменции.

Я снова киваю Лукасу и выдавливаю улыбку. Знаю – он просто пытается сделать как лучше для своего деда, хотя мы оба понимаем, что Артуру такое решение не понравится. Снова запустить винокурню Ланкастеров – задача не из легких, и сейчас, когда территория оцеплена полицией, все стало в сотню раз сложнее. Мы со стариком не кровные родственники, как бы он ни был мне дорог. И я знаю, что дала маху, не обращая внимания на очевидные вещи. Очень скоро готовить Артуру еду, приносить латте на соевом с двойным эспрессо и проверять его несколько раз в день будет уже недостаточно.

— Ну… поговорить стоит, конечно, – говорю я, умудряясь сохранить голос ровным.

Хотя выражение лица Лукаса по-прежнему очень грустное, я все же чувствую его облегчение.

— Ты же поедешь со мной, да? Если хочешь, конечно.

— Разумеется.

Лукас кладет руку мне на плечо.

— Может, сходишь домой, отдохнешь? Тебе нужно беречь себя. Выглядишь усталой.

— А ты умеешь делать комплименты. Спасибо большое.

— Просто хочу сказать, что мне жаль, – говорит он с добродушной усмешкой. – Ты не должна тащить на себе столько забот по уходу в одиночку. Я разберусь, обещаю.

Последний раз сжав мое плечо, Лукас направляется дальше по коридору, и мгновение спустя я слышу глухой стук закрывшейся входной двери. Только тогда удается вдохнуть полной грудью.

— Если вы упечете меня в «Шепот сосен», я вычеркну тебя из завещания, – говорит Артур за моей спиной, и от его дыхания шевелятся волосы на шее.

— Господи Иисусе, Артур! – вскрикиваю я, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу, резко разворачиваясь к нему лицом. – Я думала, вы спите!