Книга Хозяйка разрушенного поместья, страница 100 – Майя Саммер

Карета въехала во внутренний двор, и нас встретили слуги — молчаливые, с опущенными глазами. Они помогли мне выйти, проводили вглубь замка.

Я шла по длинному коридору, держа Лину за руку. Внутри всё дрожало, но я старалась держать спину прямой.

Тронный зал королевского замка был огромным.

Высокие сводчатые потолки терялись в полумраке, свечи в массивных канделябрах отбрасывали пляшущие тени на стены, украшенные гобеленами с изображениями древних битв.

Я шла за Рагнаром, держа Лину за руку, и чувствовала, как каждый шаг отдаётся в висках. Моё тёмно-бордовое платье казалось мне слишком простым для этого места, эти браслеты — слишком скромными. Но я заставляла себя держать спину прямо, смотреть вперёд, не опускать глаз.

Лина шла рядом, её маленькая ладошка была тёплой и сухой. Она не боялась. Или делала вид, что не боится. Я сжала её пальцы в ответ, давая ей знать — я рядом.

Рагнар шёл впереди, спокойный, уверенный. Его походка была неторопливой, будто он прогуливался по собственному замку, а не шёл на аудиенцию к королю. Я видела, как придворные расступаются перед ним, как их взгляды скользят по нему — и по мне, и по Лине.

А потом я увидела Эммили.

Она стояла у левой колонны, в чёрном платье с высоким воротником. Волосы были убраны под вуаль, лицо бледное, глаза красные, будто она плакала. Она смотрела прямо на меня, и в этом взгляде было столько ненависти, что я на мгновение замерла.

Её губы искривились в оскале — не улыбка, а звериный оскал, полный злобы и отчаяния. Она сжала руки в кулаки, и я видела, как дрожат её пальцы.

Она знала. Знала о смерти Вольдемара. Знала, что я здесь, жива, счастлива, замужем за его братом. И эта мысль жгла её изнутри.

Я почувствовала, как по спине пробегает холод. Мои пальцы дрогнули, и Лина подняла на меня вопросительный взгляд.

— Мама?

— Всё хорошо, — прошептала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Рагнар, шедший впереди, вдруг замедлил шаг. Он обернулся, посмотрел на меня, и я поняла — он почувствовал мой страх. Наша связь работала безотказно.

Он сделал шаг назад, взял меня за руку. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, и я почувствовала его тепло, его спокойствие. Он поднял наши соединённые руки, и я поняла — он делает это намеренно, чтобы все видели.

Наши запястья коснулись друг друга, и парные татуировки вспыхнули золотом и серебром. По залу прокатился шёпот — придворные переглядывались, указывали друг другу на наши руки, что-то обсуждали.

Эммили тоже видела. Её лицо исказилось ещё сильнее, в глазах вспыхнула такая ненависть, что я невольно отшатнулась. Она сделала шаг вперёд, будто хотела броситься на меня, но кто-то из придворных схватил её за локоть, удержал.

— Не сейчас, — прошептал кто-то ей на ухо.

Она замерла, но её взгляд продолжал сверлить меня.

Рагнар сжал мою руку и повёл дальше.

Мы остановились перед троном.

Король сидел в кресле из тёмного дерева, обитом бархатом. Он был немолод — седина на висках, глубокие морщины вокруг глаз, усталый взгляд. Он смотрел на нас с интересом, но без враждебности. Просто изучал.

— Князь Севверин, — сказал он, и голос его был низким, чуть хриплым. — Рад видеть тебя в моём замке.

— Ваше Величество, — Рагнар склонил голову, но не слишком низко. — Благодарю за приглашение.