Книга Лихоморье. Тайны ледяного подземелья, страница 53 – Полина Луговцова

— К краю чего?

— Увидишь.

Столбики под могильными домиками напоминали курьи ножки: они не были вкопаны в землю, а оказались высокими пнями с выпирающим из-под земли корневищем.

— Стоит без окон, без дверей, полна горница… костей! – пробормотала Тильда, глядя, как бабушка Якура раскладывает еду возле каждого домика на некоем подобии крошечных крылечек. – Надо ж, и «баба-яга» тут как тут! Все как у Пушкина! Странно, да? – Она повернулась к Якуру. – Только дуба нет! Не мог же Пушкин дуб с елью перепутать? – Тильда кивком показала в сторону растущей неподалеку ели, высокой, но хилой и заметно накренившейся к земле.

— Ты о Лукоморье? – догадался Якур. – Дуба, конечно, нет. Но это сейчас. А вот в эпоху эоцена на этом месте шумели дубовые рощи! Так что и Лукоморье вполне могло здесь быть!

— Только Пушкин не мог этого увидеть, потому что родился спустя миллионы лет! – возразила Тильда.

— А вдруг он попал в какую-то временну́ю аномалию и перенесся в прошлое? – невозмутимо предположил Якур. – Увидел там Лукоморье, а когда вернулся, описал его в своей поэме.

— Ну, ты и фантазер! – Тильда рассмеялась, хотя ей было совсем не до смеха. Сколько ни пыталась она выговорить слово «Лукоморье», у нее ни разу так и не вышло. Будто кто-то заколдовал ее, и язык отказывался ее слушаться. И, конечно, она догадывалась, кем мог быть этот колдун. Вадим Бранимирович просил сохранить их беседу в секрете, и Тильда обещала. «Что, если он обладает особой магией, которая действует на людей, связавших себя обещаниями, и не позволяет им нарушать их?» – возникла у нее в голове невероятная догадка.

Порывы ветра доносили запах разложения, витающий вокруг могильных домиков, вынуждая Тильду то и дело задерживать дыхание, хотя они с Якуром стояли в отдалении от кладбища. Справа простирался бескрайный ледовый простор. Слева, за холмом, расстилалась отливающая зеленью весенних побегов мшистая тундра, а прямо перед ними в нескольких километрах чернели развалины мертвого поселка Нумги. Дожди и ветры, всегда такие жадные до рукотворных творений, уже подъели остовы разоренных домов – кирпичных двухэтажек – и со временем слижут их подчистую. А вокруг все останется прежним, нисколько не обветшав: и залив, и тундра, и небо над ними. Тильда подумала, что к тому времени и ее в живых уже не будет. Казалось странным, даже противоестественным то, что жизнь будет продолжаться без нее, никак не укладывалось в голове, что эта жизнь может продолжаться бесконечно… или не бесконечно, но так долго, что подобный отрезок времени невозможно себе и представить. Тильда обозревала пространство перед собой и размышляла над словами Якура об эпохе эоцена и временных аномалиях. Она пыталась представить, как могла бы выглядеть голая тундра много лет назад, и у нее захватывало дух от мысли, что когда-то здесь шумели зеленые дубравы. «Если допустить, что временны́е аномалии существуют, то сказочное Лукоморье Пушкина вполне могло бы находиться в границах, отмеченных на карте Вадима Бранимировича», – рассуждала она.

Голос Якура вернул Тильду в реальность.

— Бабушка ушла в чум. Можно сходить к жертвеннику, если ты не передумала, – предложил её друг.

— Веди, чего уж… Я сегодня такого насмотрелась, что меня теперь трудно чем-то испугать! – шутливо ответила Тильда.