Книга В клетке с психом, страница 15 – Кристина Жиглата

— Вот и все. Я буду менять повязку раз в день, – предупреждаю, убирая за собой использованную вату и кусочки бинта на стол.

Как только заканчиваю с этим, перехожу к шкафу и начинаю просматривать имеющиеся произведения.

— Теперь у нас время для чтения, потом обед и тренажеры, – говорю, извлекая из ряда одну книгу. – Как ты смотришь на ужастики? Люблю этого автора, – добавляю, возвращаясь к мужчине. Он молчит, и я предлагаю: – Хочешь почитаю тебе?

В его глазах опять что–то меняется. Не пойму: он удивлен или поражен? Но явно не ожидал от меня такого. Я улыбаюсь, размещаясь на краю кровати, и мужчина слегка смещается в сторону, уступая мне больше места. Этим дает мне понять, что принимает мое предложение и хочет, чтобы я ему почитала. Отлично!

— Итак… – Я открываю первую страничку и начинаю читать, спокойно, с интонацией. А он смотрит и слушает. Все время.

Проходит полчаса. Прочитала уже несколько глав. А затем мой голос немного охрип, и я решила сделать небольшой перерыв. Отложив книгу в сторону, протерла уставшие глаза и, посмотрев на мужчину, сказала:

— Немного отдохнем…

— Дамир, – вдруг прохрипел мужчина, и я запнулась на полуслове.

— Что? – переспросила.

— Меня зовут Дамир, – повторил он вполне спокойно и уверенно, что немного сбило меня с толку.

— О, ты говоришь! – нервно рассмеявшись, подметила. – Это хорошо. Я уже подумала, что ты немой… Значит, Дамир? Красивое имя, – добавила, вспоминая, что его имя спрашивала вчера в комнате у поверенного Макара Егоровича. Неужели он настолько умственно отсталый, что только сейчас понял мой вопрос? Или это первый шаг на пути к завоеванию его доверия? – И сколько тебе лет, Дамир?

— Разве тебе не запрещено со мной говорить? – опять спокойно и рассудительно. Возможно, это действие лекарств ему помогли вернуть речь…

Так много слов за одну минуту! И откуда ему известны условия моего договора?

— Да, но… Может, никто не узнает, – бросаю, шутя, и получаю четкий ответ:

— Здесь камеры наблюдения!

Я мысленно выругалась, но не стала оглядываться вокруг, чтобы увидеть устройства. Есть ли они здесь на самом деле, не знаю! Стоит мне верить психически больному человеку, которого держат в закрытой комнате скованным наручниками?

— Звука нет, но они видят, когда шевелятся твои губы. Хочешь, чтобы они не знали, что ты говоришь со мной, опускай голову вниз или отворачивайся к стене, – советует, что меня очень удивляет.

Как он может знать такие подробности? Зачем ему это? В его голосе слышалась твердость слов и благоразумие, и, если честно, меня это немного удивило.

— Ладно, – согласилась с ним, решив ему подыграть. Для психически больных подобные нюансы очень важны. Если он так внимательно следит за обстановкой вокруг, знает, что происходит и как, возможно, именно это является частью его психического расстройства. – Что ж, Дамир, – продолжила я, протягивая ему книгу. – А теперь почитай мне ты…

Дамир мне читал. Долго. А я сидела рядом, слушала его и наблюдала за ним. Из того, что он прочитал, не поняла ни словечка, поскольку, как только зазвучал его глубокий и уравновешенный голос, я вдруг задумалась о его истории.

Что с ним произошло? Как все случилось? И, самое главное, почему?

Затем, спустя некоторое время, нас прервала горничная, которая принесла обед на подносе. Я вновь покормила Дамира, потом дала ему возможность уединиться и справить нужду, на некоторое время покинув его комнату. А сама тем временем тоже сходила в туалет, пообедала и позвонила домой.