Книга Если бы меня спросили снова, страница 76 – Елена Лабрус

— Север, — кивнул Вадим и тут же исправился. — В смысле север страны, но это только кажется, что прохладно. Просто утро. Подожди, вот солнце поднимется.

А упомянутое солнце уже сверкало в лужах только что вымытых улиц, словно прошёл дождь (так тут принято — каждое утро мыть улицы, объяснил водитель) и слепило зайчиками, отражаясь в витринах магазинов.

Несмотря на то, что ехали они всю дорогу по проспектам не хуже московских, такси неожиданно остановилось у двухэтажного частного дома.

Крыльцо в две ступеньки выходило прямо на улицу, вернее, вело в дом прямо с проезжей части.

— Продаётся, — прочитал Вадим на приставленной к дому табличке с номером телефона.

Две одинаковых застеклённых двери, видимо, в две разных квартиры, а может, в два отдельных крыла дома. Прямоугольники окон, затянутые коваными решётками по нижнему этажу.

«Нет, я бы не купила», — критически оценила Ирка дом, окрашенный тёмно-красной краской.

Дом и правда, не отличался особым изяществом: скучный красный кубик с узкими окнами.

«Или купила?» — куда больше понравился Ирке длинный сарай, сложенный из камня. Этот явно стоял тут не одну сотню лет.

Пока она любовалась сараем, эффектно заросшим травой, плющом и лишайниками, прикидывала сколько тысяч евро просят за дом и сколько машин влезет на большую заасфальтированную парковку между сараем и низкой кладкой забора, из раздвижных ворот выехал свеженький ярко-синий кабриолет.

Ирка проводила взглядом женщину за рулём, темноволосую и молодую, и вышла вслед за Вадимом из машины.

— Петю? — удивилась женщина, что открыла ему дверь.

Вадим спросил, может ли увидеть Петра Северова.

Спросил по-русски, по-русски ему и ответили.

— А они сейчас с Альваро и Маркосом на причале, ездили на ночную рыбалку. София как раз поехала за ним. Это недалеко, — вышла на крыльцо женщина и стала махать руками, показывая, как проехать. Ну или подождите, они сейчас будут, — предложила она, посмотрев на Ирку.

Женщина лет сорока пяти. Русская. Русоволосая…

— Спасибо, мы найдём, — кивнул Вадим.

— Мам, кто там? — раздался девичий голос откуда-то сверху — в открытую дверь Ирка видела узкую прихожую и лестницу из тёмного дерева на второй этаж.

— Это, — растерялась женщина, не зная, что ответить девчонке. Посмотрела на Вадима, на Ирку. — Наверное, Петины друзья из России, да?

— Ух ты ж! — выпалила девчонка, выглянув на улицу. Босая, в лёгком летнем платьице на тонких бретельках, скорее крепенькая, чем худенькая, лет восемнадцати. И повторила, глядя исключительно на Вадима: — Ух ты ж!

Кого-то она Ирке напомнила, но совершенно сбитая с толку (кто все эти люди?) она не могла понять кого.

— Вы сказали прямо, потом направо? — переспросил Вадим, кажется, немного смутившись от столь откровенного восторга девчонки.

— Да тут все дороги ведут к морю, не заблудитесь, — улыбнулась женщина.

Ирка с Вадимом снова уселись в такси. В открытое окно на испанском или галисийском женщина объяснила таксисту, куда ехать. И они поехали.

Бессмысленно было о чём-то говорить, они с Вадимом одинаково ничего не понимали.

Понимали одно: Петька здесь. И прямо сейчас они его увидят.

— Остановите, пожалуйста, — попросила Ирка.

Пропетляв по улицам, они вынырнули к огороженной аккуратным парапетом набережной, увидели спуск к морю, пирс с катерами и… ту самую ярко-синюю машинку с открытым верхом.