Книга Если бы меня спросили, страница 81 – Елена Лабрус

Летел, потому что не мог без неё. Потому что невыносимо хотел увидеть, обнять, успокоить. Потому что был ей нужен. Потому что она была ему нужна.

Он взял билет в бизнес-класс и уснул в самолёте.

— А номер дома? — обернулся таксист.

— Спроси, что полегче, — ответил Вадим. — На развилке, двухэтажный, с мансардой. Я покажу.

Он забыл, что два дня не ел, ухватил на ходу в аэропорту какой-то бутерброд, там же у автомата проглотил всухомятку, пока ждал кофе. На борту, конечно, кормили, но он проспал. Забыл, что не побрился, а ей не нравится его щетина. Забыл обо всём, думая лишь о том, что скоро её увидит.

Забыл, что она его не ждёт.

Удивился, когда увидел во дворе её дома чью-то машину.

Но главный сюрприз ждал его в спальне…

— Вадим?!

Он как раз закрыл дверь в её спальню и развернулся, когда Ирка его увидела. В горле стоял удушливый запах цветущей черёмухи. Перед глазами — вид спящего на её кровати парня.

Не так Вадим Воскресенский представлял их встречу. Не те чувства мечтал испытать.

— Ну, привет! — усмехнулся он.

— Привет! — замерла Ирка.

— Это кто? — показал он головой на её комнату.

— Это Север.

— Так я и думал.

— Нет, ты думал не так, — спокойно, даже с вызовом возразила она. — И сейчас думаешь всякую херню, а это не так.

— В твоей постели — мужик, — показал он за спину большим пальцем.

— И-и-и?

— Этого недостаточно?

— Это вообще ни о чём. Если только ты не прилетел за десять тысяч километров, чтобы со мной поругаться. Хочешь поругаться?

На самом деле он невыносимо хотел её обнять, коснуться, зарыться носом в распущенные волосы, вдохнуть запах, почувствовать её тепло, но, твою мать, это же как-то…

«Не по-мужски?» — услышал он мысленно её насмешливый голос.

— Эй! Я здесь, — коснулись его её руки. Обвили шею. — Это всё ещё я. И я всё ещё твоя. — Обожгло ухо шумное дыхание. Ресницы защекотали кожу.

«Да гори оно всё!» — прижал он Ирку к себе.

— Спасибо, что это хотя бы не Макеев, — улыбнулся.

Она засмеялась. И словно рассеялись тучи.

— Всегда пожалуйста!

Горячей волной окатило изнутри, когда он коснулся её губ своими.

Господи, как он соскучился! Как невыносимо, безумно, отчаянно по ней тосковал.

— Ты хоть бы лифчик надела, — всё же не удержался Вадим от замечания, когда под его рукой затвердели её соски. — Он хоть тебе и друг, но всё же мужик.

— Во-первых, я была в толстом махровом халате, во-вторых, как раз шла в ванную переодеваться, а в-третьих, — она выскользнула из его объятий и взялась за ручку двери в ту самую ванную.

— А в-третьих, чего он там не видел? — усмехнулся Вадим.

— И это тоже, — захлопнула она дверь у него перед носом. Потом приоткрыла, выглянула в щёлку. — В-третьих, не заставляй меня оправдываться, я ни в чём перед тобой не провинилась. И я позвала бы тебя с собой, но нет, — она смерила его взглядом, что явно означал «не заслужил».

«Вот зараза! — выдохнул Вадим, когда дверь снова закрылась, и улыбнулся. — Зараза, но какая моя. Сто процентов моя».

— Вадим Воскресенский. Пётр Северов, — представила их друг другу Ирка, когда её «друг» наконец выспался и спустился.

Рыжеватый, невысокий, но довольно крепкий, спортивный, он уверенно пожал Вадиму руку и по-хозяйски полез по кастрюлям.

— Ну-ка! Петька! — замахнулась на него деревянной лопаткой Иркина мама. — Не хватай куски, сейчас обед будет.