Книга Свободен, страница 72 – Елена Лабрус

— Я боюсь не тебя, Артём, — упираюсь я затылком в спинку кресла, отклоняясь от него, хотя каждая клеточка моего тела стремится в обратную сторону: к нему, обнять, приникнуть, прижаться. — И не этого. Кто такая Элла Лисовская?

Моя рука замирает в его дрогнувшей ладони, а потом он медленно поднимает глаза.

— Директор «Эллис-Групп».

И тут бы мне воскликнуть: «Ну, конечно! Эврика! Так вот откуда я знаю старушку Эллу! Я ведь работаю с «Эллис-Групп»!» Но его напряжённые желваки я вижу даже вопреки бороде. И мне совсем не нравится, как он их стиснул.

— Это личное?

— Я тебе про неё рассказывал. Девушка, на которой я не женился, — откидывается он обратно на своё кресло.

— Ты бросил директора «Эллис-Групп»? — нет, не то, чтобы я тупая, но уточнить всё же просится.

— Два года назад она не была директором, — усмехается он. И моя ладонь снова начинает мягко подпрыгивать в его руке. — Она там даже не работала. А вот я работал. Под руководством её отца.

— У них там семейный подряд что ли?

— Можно сказать и так. У неё есть своя компания. И тогда она занималась исключительно ей. А после смерти отца ей досталась и «Эллисс-Групп».

— То есть ты был блестящим топовым менеджером и будущим зятем директора? Да у тебя были головокружительные перспективы!

— Да, всё действительно было сказочно заманчиво, грандиозно радужно и предопределено. И я всё это похерил. Лан, — целует мою руку, а потом прижимает к щеке, — что случилось?

И я даже не знаю, что ему сказать. Вот не то, чтобы я сомневаюсь теперь в его искренности из-за этих завистливых сучек, но мне не просто противно, что они прошлись по нему своими грязными языками, мне беспокойно, тревожно, неприятно. Они его словно испачкали. Словно мне было вкусно, а потом на дне тарелки я нашла муху.

Я не хочу знать про его «подвиги» и всех его баб. Не хочу. Мне за глаза хватит этих двух, про которые он сам рассказал. Мне плохо. Мне физически плохо от ощущения, что я словно стою в очереди.

Но ещё хуже мне оттого, что я теперь точно понимаю на каком браке настаивает его отец. И откуда ноги растут у всех этих офисных слухов.

— Лисовский был другом Елизарова?

— Да, «ЭйБиФарм» они основали вместе.

— И твой отец до сих пор не смирился с тем, что ты не женился на его дочери?

— Лан, — болезненно морщится он. — Нет. Она мне это так и не простила.

— Ну, её можно понять.

— Вряд ли ты её поймёшь, — качает он головой. — А сейчас у неё на руках пакет акций «ЭйБиФарм» и она согласна продать его отцу только на условиях брака, который когда-то не состоялся.

— Вижу тебе тоже повезло с отцом, — хмыкаю я. — Но с Елизаровым, скажем, всё понятно: ему нужен полный контроль над своей компанией. Но эта «деловая женщина» рассчитывает на что?

— На брачный контракт. На месть за своё ущемлённое самолюбие. На мою порядочность и ответственность. Ведь я не могу так подвести отца.

— А ты можешь?

— Я теперь всё могу, — снова целует он мою руку. — И повторюсь, но я очень сильно изменился за те два года, что прошли.

— Да, да, я помню, — улыбаюсь я. — Ты решил не заводить хаски. Научился готовить пельмени.

— Рисовать деревья, — поднимает он палец. — А ещё я похудел на пятнадцать килограммов, отрастил бороду, занялся спортом и стал немного лучше разбираться в…