Книга Девушка в шляпе и собака на трёх лапах, страница 37 – Елена Лабрус

— Девушка, — очень исчерпывающе начал он, но Генка ждала. — Я встретил её на берегу. Она бродила в одиночестве, а я пошёл сказать ей, что это пляжи частные, и здесь нельзя ходить без разрешения хозяев.

— И как давно это было? — Генка продолжила есть свой огурец и задавать свои вопросы.

— Месяца полтора назад, может два. Тогда я встретил её первый раз. А потом увидел ещё раз. А потом мы стали общаться.

— Сколько ей лет?

— Не знаю. Я не спрашивал. Как мне или как тебе.

— Она живёт там, где-то недалеко от тебя?

— Не интересовался.

— О чём же вы говорили?

— Да, о чём угодно, — он переминался с ноги на ногу, опускал руки, потом скрещивал их на груди, потом начинал двигать пакеты с молоком и соком, выстраивая их по одной линии. — О Венеции и конях на соборе святого Марка. О фарфоровых блюдцах. О том, что кольчатые черви дышат через всю поверхность тела. А ещё о Саргассовом море, которое единственное является безбрежным.

— И почему?

— Оно расположено в Атлантическом океане, и примечательно тем, что почти сплошь покрыто зарослями водорослей. Его "берегами" являются воды океана. Ты права, я, наверно, действительно, ботаник. Я знаю, почему все тарелки имеют кольцевидную каёмку на нижней стороне и не догадался спросить, где она живёт.

— А как её зовут спросить догадался?

— Милана, — мозг Генки уже начал перебирать, есть ли у неё знакомые с таким именем, когда Пепси добавил: — Мне кажется, это её не настоящее имя.

— Как же ты об этом догадался?

— Она на него не откликается.

— Гениально!

— То есть сейчас уже откликается, а первое время — нет. Я как-то встретил её в городе. Это было после третьей или четвёртой нашей встречи, и она даже не повернулась, хотя я окликнул её довольно громко.

— И всё же среди всех этих энциклопедических знаний разговоры ваши как-то снизошли до простых людей. Каким образом вы вдруг стали говорить обо мне? — Генка взяла со стола ещё один огурец, и Пепси не выдержал, выхватил его, помыл и подал. Это дало ему некоторое время, чтобы собраться с мыслями, хотя начал он так, словно и не думал об этом:

— Мы говорили о соседях. О том, что люди отгораживаются друг от друга высокими заборами и совершенно не интересуются другими людьми. Я показывал на дома, а она рассказывала кто там живёт. Вон там, — тыкал я наугад. Молодая семья ждёт четвёртого ребёнка — отвечала она.

— Прямо уж и четвёртого? — удивлённо махнула рукой Генка, и брызги воды полетели на парня.

— Да, я потом специально посчитал. Так мы и перешли к дому, где женщина умирает от рака. И она сказала, что её убьёт сиделка, то есть — ты, — он виновато потупился.

— Вот ты врун! А делал вид, что не в курсе кто я, когда я рассказывала тебе про привидение.

— А кто ты? — он внезапно посерьёзнел. — Я не делал вид. Я просто ни о чём тебя не спрашивал. И я никакого отношения не имею к этому привидению, раз уж мы с него начали.

— Что же ты делал на лавочке перед моим домом?

— Ждал тебя.

— Что и следовало доказать, — она снова махнула рукой, в этот раз безнадёжно. — Зато теперь я понимаю, почему в такую жару ты сидел на лавочке, где солнце палит как на Риддике. Только с неё просматривается мой подъезд. Это Милана тебя попросила?

— Нет, я сам решил за тобой проследить. Я первый раз ей не поверил. Я не ожидал, что всё сложится именно так.