Книга Девушка в шляпе и собака на трёх лапах, страница 38 – Елена Лабрус

— Как, Пепси? Как? — Генка развела руками.

— Что тебе понадобится помощь. Что ты сама дашь мне ключи от своей квартиры.

— Хочешь, я тоже кое-что угадаю? — девушка пристально всматривалась в его несчастное лицо. — Именно в тот момент, когда с моими ключами в руках ты отправился в магазин, ты встретил там свою Милану.

— Не угадала. С того дня я больше её ни разу не видел. Я ждал, что она придёт сегодня. Она всегда словно чувствовала, что никого, кроме меня нет дома и всегда появлялась в эти моменты. Но сегодня она не пришла.

Генка вспомнила развёрнутый в сторону моря лежак. Он, наверно, так боялся её пропустить, что даже забыл, что его попросили налить воды.

— Она нравится тебе, да?

— Да, очень, — он покраснел. — У меня нет даже её телефона.

— Я, кажется, знаю, как тебе помочь, — похлопала его по плечу Генка. — Не сочти это неприличным предложением, но оставайся у меня сегодня на ночь.

— Ты, думаешь, твоё привидение — это она?

— Вот заодно и узнаем.

В студенческом кафе шумно. Несмотря на лето, оно забито суетливыми абитуриентами в наушниках, степенными заочниками с конспектами и прочей разношёрстной публикой, прельстившейся уютным интерьером и демократичными ценами. Генка сама ела здесь в свою недолгую студенческую пору.

Одинокая пожилая женщина за столиком в глубине зала выглядела как преподаватель. Строгое платье, тяжёлые гранатовые бусы, немного бордовой помады на губах, и Генка едва узнала в этой элегантной «профессорше» с убранными в узел тёмными волосами вечно тревожную и суетливую экономку.

— Александра Львовна, — поприветствовала её Генка.

Краснота и припухлость глаз напоминали про тяжёлый день. Держалась женщина довольно спокойно, только руки не находили себе места и постоянно перемещались по столу, выдавая и её взволнованность, и деятельный характер.

— Спасибо, что отнеслись всерьёз к моему приглашению, ГеннадЬя, — она первый раз назвала её по имени, и оно прозвучало именно так «ГенНадья», словно и с акцентом, а словно и намеренно исковеркано.

— Я удивилась, — Генка оглянулась в поисках официантки и вспомнила, что здесь самообслуживание.

— Я тут взяла на себя смелость кое-что вам заказать, — подвинула ей женщина стакан воды со льдом и соломинкой, большую горку овощного салата на белой как первый снег тарелке и два поджаренных тоста. — Я заметила, вы очень плохо едите. Совсем не то, что в детстве.

И Генка, уже потянувшаяся к соломинке, застыла на полпути. Она сдвинула брови к переносице и молча уставилась на женщину.

— Вы же видели, я надеюсь, вещи, которые я сложила в ваш чемодан?

— Вы про платья?

— Да, и про платье тоже. Я тянула с этим разговором так долго, что сейчас, боюсь, у меня совсем не осталось времени объяснить всё, — вздохнула женщина.

— Я никуда не тороплюсь, — Генка словно первый раз увидела какая ровная у собеседницы кожа. Ухоженная, хорошо увлажнённая, с морщинками, но без единого пигментного пятнышка, прыщика или сосудистой звёздочки. Сколько ей? Пятьдесят? Шестьдесят?

— И всё же разговор слишком долгий, чтобы уложиться в один вечер, — снова вздохнула она.

«Да, особенно, если тянуть время» — заметила про себя Генка, но промолчала в надежде, что женщина перестанет уже вздыхать и перейдёт к делу.

— Не думала, что когда-нибудь я снова увижу свою Надьяшу, но жизнь порой преподносит нам приятные сюрпризы, — счастливо улыбнулась она.