Книга Станешь моей?, страница 37 – Елена Лабрус

И этого лихорадочного, сильнейшего, сумасшедшего возбуждения мне хватает, чтобы, выскользнув из кольца его обезумевших рук, добежать до дома и запереться в ванной с единственной целью: стоя под горячими струями воды, снять его единственным доступным мне способом.

— О, нет, нет, нет! Что же ты делаешь? – хватаюсь я за подрагивающую боеголовку, что упирается в резинку трусов. – Девочка моя, ну нельзя же так, – освобождаю я «парня» что теперь рвётся в бой от одного взгляда на неё.

И я не знаю откуда она прибежала (поди опять ходила на море) и когда Эван установил камеру в её душе (теперь во всех ванных комнатах они есть). Но точно знаю, чего сейчас хочу, глядя как она ласкает себя: кончить вместе с ней.

И я подстраиваюсь под её ритм. Чёрт побери, я трогаю собственные соски, глядя как она сжимает, тискает, теребит свои грудки. Как запрокидывается её голова, приоткрывается рот. О, как я мечтал бы сейчас впиться в него поцелуем, слизать эти капли воды, что дрожат на её губах. И как бы хотел водить нежным краем головки по её складочкам, что она так нещадно трёт пальцами. Мокрой, скользящей в моей ладони головки, что в такт её попке ёрзает туда-суда.

Только не торопись, девочка моя. Не торопись. Дай насладиться этим видом. Дай почувствовать твоё возбуждение, твоё желание, твоё предвкушение.

Дай пройти этот путь с тобой от начала и до конца.

«От начала, – сжимаю я болезненно возбуждённый член у основания, – и до конца, – постанывая, скольжу к головке».

И я уже так близок к финалу, корчась на своём стуле, что боюсь её опередить.

Но нет. Она дёргается ровно в тот момент, когда и я выстреливаю в ладонь холостым. И дёргается ещё раз, когда выстреливаю вторым залпом. И не могу оторваться от экрана, хотя в глазах всё плывёт. Запрокидываю голову и блаженно вытягиваюсь только тогда, когда и она сползает на пол по стенке душевой.

Боже! Как же давно я не кончал, глядя на женщину. На живую настоящую женщину, что вчера сидела на моих коленях, устроив лёгкую встряску, а сегодня – целый фейерверк, засунув пальцы между своих ног.

Боже, как же это прекрасно, когда для того, чтобы кончить, не надо вызывать мысленные образы, не надо мучить прошлое, истязая воспалённое воображение и рабочий орган, чтобы снять боль в яйцах. Не нужно нырять в ледяную воду, чтобы отпустило. А можно просто взять и выпустить пар. Просто взять и победить, наконец, это психосоматическое расстройство, которое врачи назвали уникальным и в бессилии только развели руками.

— Мой Котёнок, – с умилением гляжу я на экран, где, намылив мочалку, она что-то напевает себе под нос. На полную добавляю звук и сквозь шум, целый тропический ливень, всё же слышу это:

«Yesterday… Love was such an easy game to play… Now I need a place to hide away… Oh, I believe… in yesterday…»

И глядя на неё, я, едва избавившись от мучительного возбуждения, чувствую, как мой «товарищ» начинает снова нетерпеливо подрагивать.

«О, нет, нет, нет», – встаю я из-за стола, чтобы больше её не видеть.

«Или да?» – замираю, когда горячая вода ручьями начинает течь по спине.

Всё же «да». И второй раз подряд кончаю, вспоминая её молочную попку, аппетитную, кругленькую, совсем девчачью.

А потом меня разбирает смех. Ну и чем я лучше тех Вялых Членов, что платят за то, чтобы каждый день смотреть на это? Хотя, пожалуй, за это… и я бы заплатил.