Книга Невеста черного Медведя, страница 87 – Мария Лунёва

— Так я её день на себе пру, что запаха на мне её нет, - воспротивился этот урод. - Так какая разница?

— Запах запаху рознь, - проворчал второй.

— А я рискну, - с этими словами молния на моей куртке разъехалась и, забравшись ладонью под кофту, эта тварь стиснула мою грудь. Непроизвольно я сжалась и мысленно сосчитала до пяти, убеждая себя, что всё в этой жизни можно перетерпеть, даже насилие. Что всё забудется, а жизнь всё одно дороже.

— Брынь, бабу в покое оставь, - грубо рявкнул второй похититель. - Если князь с ней развлечься захочет, думаешь, он будет рад после тебя заразу собирать. Ты сначала вылечи то, чем тебя Ганька наградила, а уж потом лезь на бабу верхом.

Рука на моей груди замерла. Я взмолилась всем богам, чтобы эта тварь услышал своего подельника.

— Думаешь, князь прознаёт?

— А что ты первый раз бабу силой взять собрался? Не знаешь, какие потом следы остаются? Она сейчас возьми и очнись, и что делать будешь?

— Ну, да, - моё тело, наконец-то, оставили в покое, - жаль, может он её грохнет и я того, пока тёпленькая.

— Ну, там видно будет. Может и сам нам её подарит, развлечения ради. Князь наш воеводу лесных, говорят, боится, аж трясётся. Может, и сам снасильничать не решится. Так нам и подкинет девку, а мы уж потом и все следы с себя смоем.

— Ну, или тёпленькую...

— ...и это завсегда можно.

Затаив дыхание, я сглотнула вязкую слюну и поняла одно. Чтобы не случилось, выиграй или проиграй Иоран эту войну, я уйду вслед за ним хоть в чащу лесную, хоть на болота. Но среди людей этого мира я жить, ни за что, одна не буду.

Остаток ночи я тряслась в жутком страхе, понимая, что на сей раз действительно влипла не на шутку. Мысленно возвращалась в тот вонючий дом и медленно сворачивала голову этой вшивой Малашке.

Ну, ничего, я выживу.

Из принципа, выберусь из этой передряги, и тогда она у меня со своей старухой мамашей пожалеет, что на этот свет вылезла. На мужика она моего позарилась. Поперёк горла он ей встанет: не проглотит, не выплюнет.

Ничего, дайте только шанс.

Злость во мне бурлила и это спасало от уныния и чувства обречённости.

Ох, как же я была зла!

Только на этом чувстве и держалась.

Голова раскалывалась надвое. В глазах резало так, что вой. Но приходилось терпеть, деваться было некуда.

С утра на меня снова натянули огромный мешок и потащили в неизвестном направлении.

Двигались мы очень медленно, и у меня всё ещё оставалась надежда, что Иоран подоспеет вовремя.

Я верила в него и в своё спасение.

Он должен, нет, просто обязан выручить меня, а после мы вернёмся в деревню и будем… правильно... отрывать ноги, руки и голову мерзкой Малашке.

В моей голове рождалась тысяча и одна мучительная смерть для этой мерзавки.

Но это потом, а пока…

До моего слуха донёсся страшный грохот.

Что-то сбоку от нас дребезжало и скрипело так, что, казалось, это неведомое нечто вот-вот развалится и испустит дух.

— Ну, наконец-то, тракт, - обрадованно воскликнул один из похитителей. - У нас уже перечная трава на исходе. Учует кто из лесных, и несдобровать.

Поморщилась, шмыгнула носом. А я и думаю, что за запах такой. А это перец душистый.

Судя по тому, что потом и стоячими носками воняло сегодня меньше, тащил меня старший мужчина.

— Погоди радоваться, до города ещё пара часов пешком с такой-то тяжёлой ношей. Отожралась девка на харчах лесных.