Книга Навий Новый Год, страница 7 – Алана Алдар, Мию Логинова

— Приве-ет, любимые, — звонким ручейком раздался из динамиков голос Сири.

— Привет!

— И вам не хворать, — хмыкнул Кир.

— Какая ты, — выдохнула Маша, одновременно с приветствием явно не удивленной Ядвиги.

— Какая? — смеясь, уточнила Сири, лучисто смеясь.

— Леди, — хмыкнула на это Волкова.

— Оу, очень рада, — девушка на мониторе поправила блондинистую шевелюру, что лежала стильными волнами на одном плече, при этом оголяя золоченое загаром правое. — Долго к этому шла, — она нервно поправила массивное, украшенное драгоценными камнями колье на шее. На пальце правой руки сверкнуло изумрудом, под цвет ее глаз, кольцо.

— Это же, — ахнула Яда и разом с тем в гостиной повисла звенящая, напряженная тишина.

— Как же так? — прошептала Маша, ошарашенно переведя взгляд на дверь ведущую на задний двор. Можно было не гадать и не бросать руны, о ком она подумала. Сири и Светослав расстались пусть и непонятно, но то, что между ними полыхало было нельзя ни с чем спутать. А уж что творилось со Змеем, стоило лишь имя ее произнести… а тут вон что вышло…

— Иди сюда, — тем временем Серафима поманила наманикюренным пальчиком кого-то за границей экрана, картинка в мониторе послушно зашаталась, демонстрируя напряженным навичам кусок стены, мужские крепкие, загорелые руки и вернулась к лицам. — Это Тони, — представила всем Серафима подтянутого и улыбающегося во все зубы итальянца, — точнее, Антонио Бруно Конте, мой наставник и жених. Тони, — заговорив медленнее, девушка начала перечислять нас, — он учит язык, поэтому наберитесь терпения, — это Ядвига, — Серафима указала на молодую Ягу, — ее муж, Кирилл.

— Ядвиг-га и Кир-рил-л, — усердно повторил итальянец.

— Да! — похвалила Серафима, погладив улыбающегося жениха.

— А дальше Маша, Тимофей и…

— Радомила, — подсказала русалка.

— Р-радомил-ла, — послушно повторил Антонио.

— Очень приятно, — разноголосыми птичками ответили девушки, а парни встревоженно переглянулись.

— У нас с Тони есть новость, — вцепившись в руку Конте, словно в спасательный круг, Серафима ненадолго замолчала, а в комнате внезапно потянуло сквозняком.

— Не надо быть Лихом Одноглазым, чтоб точно знать, ща она скажет херню, — зашипел Тим.

— Этим летом мы с Тони и его друзьями приедем к вам, в начале августа где-то, да аmore mio? Надеюсь, нам хватит времени подготовиться…

— К чему? — спросила Маша.

Выпятив руку с, и без того приметным кольцом, Серафима произнесла внезапно севшим голосом:

— Подходит окончание моей учебы и мы с Тони… такое дело, мы все обсудили и он, — внезапно Сири запнулась, а ее взгляд поднялся выше голов тех, кто неотрывно наблюдал за ее признанием, упал куда им за спины. Так и смотря туда неотрывно, она произнесла, как будто бы тихо, но слова, вылетевшие из динамиков гаджета, эхом отразившись от стен повисли в воздухе густым неприятием: — В сентябре мы сыграем свадьбу. Тони сделал мне предложение руки и сердца. У меня не было причин отказать.

Кажется, за важным разговором никто не заметил, когда в комнате стало на одного заинтересованного больше. Хотя, заинтересованным вошедший не выглядел совершенно. Скорее скучающе-любопытствующим. Только колкий взгляд и мог намекнуть на недовольство Горыныча, если бы только не было известно, что это неизменный погляд одной из его вариаций.