Книга Наследник иллюзий, страница 131 – Мэделин Тейлор

Я понимаю, что эти слова должны что-то значить для меня, но я ничего не чувствую. Даже его голос звучит отстраненно, как будто доносится с другой стороны завесы. Я уже умерла? И если да, волнует ли меня это? В глубине сознания раздается тревожный сигнал, предупреждающий о том, насколько опасное направление приобрели мои мысли.

— Теперь ты от меня прячешься?

Ботинки останавливаются прямо передо мной. Я медленно веду взглядом по его напряженному телу, по ногам и торсу, пока не поднимаюсь к лицу. Хотя в его голосе звучало раздражение, в глазах полыхает огонь совсем другого рода. И я узнаю это чувство.

Ярость.

Стиснув челюсти, Торн разглядывает мою запачканную кровью ночную сорочку и царапины на лице и шее.

— Кто это сделал? – выдавливает он, сжимая руки в кулаки.

Властность в его голосе призывает ответить, но я не могу выдавить ни звука. Торн делает еще шаг вперед и прикасается рукой в перчатке к моей израненной коже.

Я вздрагиваю.

Его глаза вспыхивают, и он быстро убирает руку. Жаль, что сейчас так плохо соображаю. Я склоняю голову набок, натягивая тем самым раны, и морщусь. Однако мне нужно получше рассмотреть его. Узнать, почему самый грозный мужчина из всех выглядит сейчас таким беспомощным. По моей вине?

— Прости, – шепчу я, не зная, что еще сказать.

И, похоже, говорю что-то неправильное. Торн бросает взгляд на кровать позади меня и внезапно бросается вперед. Я поднимаю руки в попытке защититься, но он лишь срывает простыню и подносит к своему носу. От запаха его взгляд темнеет, и волоски у меня на руках встают дыбом.

— Я его прикончу! – выплевывает он.

Его, то есть Бэйлора. Торн намерен убить Бэйлора. И сил ему вполне хватит. Он на самом деле способен прикончить этого бессердечного ублюдка. В затуманенные мысли проникает страх, словно напоминая мне, что это ни к чему хорошему не приведет.

— Не надо!

Торн бросает на меня недоверчивый взгляд.

— Ты умоляешь сохранить ему жизнь? Даже сейчас? После всего этого?

От его слов в груди снова что-то болезненно сжимается.

— Ты не понимаешь, – неуверенно бормочу я. – Не знаешь, что он сделал.

Бог Смерти опускается на колени передо мной.

— Так скажи мне! – просит он и протягивает руку так медленно, словно давая мне возможность отстраниться, а потом сжимает мои пальцы. – Расскажи, что он сделал.

Я качаю головой, не желая сейчас раскрывать правду об ожерелье.

— Пожалуйста, – тихо умоляю я, и мой голос срывается, – просто забери меня отсюда.

Слезы безудержно текут по моему лицу. Торн удивленно раскрывает рот и обводит взглядом комнату, словно ищет способ все исправить. Поднявшись на ноги, начинает расхаживать взад-вперед и проводит рукой по темным волосам, и без того растрепанным ветром. Потом с решимостью на лице поворачивается ко мне.

— Хорошо. – Он делает глубокий вдох, чтобы успокоиться. – Это я могу. Но только будь осторожна и не касайся моей кожи.

Я киваю.

Торн исчезает у меня за спиной и, судя по звукам, начинает рыться в шкафу. Когда он возвращается, у него в руках я вижу теплый плащ и пару перчаток, которые не надевала уже целую вечность. Нежно закутав меня в мягкую ткань, он застегивает плащ до самого горла и надевает перчатки.

Торн с легкостью поднимает меня на руки, словно пушинку, и прижимает к груди. Я кладу голову ему на плечо, стараясь не касаться его кожи, и закрываю глаза. В тот же миг меня охватывает странное чувство, которое я никогда прежде не испытывала.