Книга Карнавал смерти, страница 84 – Анна Тищенко

Когда наступила разрядка, необычная, оглушающая, он не сразу пришел в себя. Алекс тихо вздрагивала под ним, и он в первое мгновение испугался. Пока не понял, что все хорошо. Бережно развернул ее к себе, целуя мокрое от слез и пота лицо.

— Прости, пожалуйста, не знаю, что на меня нашло…

Она прижала ладонь к его губам, заметила в своей привычной, ворчливой манере:

— Прошу, молчи. Не порти лучшее свидание в моей жизни.

Николай счастливо рассмеялся. Потом приводили в порядок одежду, переговаривались вполголоса, будто никто не кричал несколько минут назад. Алекс безуспешно попыталась собрать волосы. Нахмурилась.

— Заколка! Упала куда-то во время наших с тобой развлечений.

— Может, за бочку?

— Легко. Кажется, туда отправилась и половина стразов с моего корсажа.

Алекс попробовала посветить за бочку свечой, но там было так темно, мерцающий огонек не мог разогнать густую тень.

— Подожди, я попробую туда залезть. Посвети мне.

Это оказалось непросто. Расстояние между бочкой и стеной было совсем не большим, даже худенькая Алекс едва втиснулась. Рискуя окончательно порвать платье, она дотянулась до пола, долго шарила там и вдруг замерла. А потом протянула Николаю на ладони свою заколку в виде тюльпана и… кулон с рубином.

Николай уже видел его на портретах, но живопись все же не могла передать его красоты. Казалось, внутрь оправы пролилась жидкая магма, и по ее раскаленной поверхности лениво скользит, то уходя в глубь, то выплывая на поверхность шестилучевая звезда.

— Добро пожаловать в самое сердце дома! – Мастер приветственно обвел рукой зал, в который они вошли. – Комната игр.

Пространство было не особенно большим, но обыграно очень умело. Необычно большой камин отбрасывал красные блики на шторы кукольного театра и мозаичный пол, инкрустированный черным и белым мрамором. Здесь под шахматную доску, чуть дальше под нарды. Под аркой из живого плюща помещался большой аквариум с подсветкой, имитирующей солнечные блики, оттого морское дно казалось совершенно настоящим. В прозрачной воде сновали разноцветные рыбки. На столике орехового дерева высилась любопытная скульптура. Юный мавр в набедренной повязке из слоновой кости держал в руках кувшин, закрытый крышкой, перед ним стоял настоящий пустой кубок. Под фигурой – пьедестал, на подобие рулетки, по кругу тексты в изящных виньетках. Николаю очень хотелось рассмотреть необычную скульптуру поближе. В тяжелых китайских вазах – пионы и пышные розы. Странное сочетание. Несколько разномастных столов – для игры в карты, бильярд, для настольных игр, даже для игры в египетскую игру сенет, как ни странно, не делали интерьер похожим на мебельную лавку. Все пространство, хоть и тесно заставленное, было организовано с умом и хорошим вкусом.

— Здесь все сохранено, как было при Паоло Корелья. По легенде, здесь обитает его неспокойный дух. Именно с этой комнаты началось восхождение дома Корелья как империи игр. – Размеренный голос Мастера игры резонировал в высоких сводах, куда не доставал свет свечей. Зато там, под потолком, расписанным черным муаром, роились настоящие светлячки. – В вазы мы ставим те же цветы, что выбирал он, вам будет подан кофе с теми же сладостями. На камине даже остался его перстень с вензелем, которым он запечатывал письма.