Книга Земля костяных богов. Взывающие корни, страница 89 – Александра Косталь

С трудом удерживая его и себя вертикально, Ваня закричал:

— Хозяйка! Есть кто дома? Открывай ворота!

Он вгляделся в окна, заметив движение за кружевными занавесками. Мгновением позже на порог вышла женщина, у которой только вчера Ваня с Олей спрашивали, где можно раздобыть дров. Асталче, она же Аня.

— Чего надо? – без церемоний крикнула она, прикрывая за собой дверь.

— У меня друг заболел, – принялся объяснять Ваня. – И болезнь странная, на Кишке похожая. Может, знаете, где здесь можно умельца найти, который вылечит?

Она усмехнулась.

— Умельцев много, вопрос в цене.

— Так назначь цену, Овда.

Ещё одна усмешка. Аня скользнула по нему цепким взглядом, от которого будто кто-то дал под дых, перед глазами замелькали искры, а живот скрутило. «Всё просто ужасно, – подсказывало шестое чувство. – И станет ещё хуже, когда переступишь порог». Интуиция Вани вопила так громко, хотя раньше не показывалась.

Даже перед той злополучной игрой.

— Заходи, раз явился, – решилась Аня, приглашающе распахивая дверь. – Посмотрим, что с твоим другом. Вижу, в отчаянии ты, раз явился, зная моё происхождение.

Но Ваня не сдвинулся с места.

— Сначала назови цену, Овда.

Его никогда не учили обращаться с нечистью: считали, что мальчишка дар не унаследует, так пусть гоняет на велосипеде да за живностью следит. У Вани не было родной сестры, однако где-то подрастала троюродная, на которую и уповала их бабушка. Но её родители были слишком увлечены городским ритмом жизни и ни разу дочку в деревню не привезли. Кому ушёл бабушкин дар, неизвестно.

Ваня не имел банальных знаний, как общаться с Овдой. Всё, что он знал, – пара обрядов вроде выворачивания наизнанку одежды в лесу или перепрыгивания через рябиновые прутики. Но насколько же это ничтожно, когда одна из Овд приглашает в свой дом?

Эх, бабушка! Зря ты так легкомысленно относилась к внучку́. Не знала ты, что ещё ступит твой Ваня на марийскую землю…

— Моя цена – твоя кровь, рыжий. – Аня ухмыльнулась, игриво ему подмигивая. – Чувствую, что чистая она у тебя, марийская. Мне такая нужна уже много лет. Неси своего друга сюда. И не бойся, не трону: ты же подготовился, рябиной защитился. Только если сам захочешь…

— Ты где марийца увидела? – с сомнением протянул Ваня. – Я же ни цветом кожи, ни волосами, ни ростом не подхожу. Даже Назар больше похож, чем я.

— А я чувствую.

Она исчезла в темноте дома, оставляя дверь нараспашку. Ваню вновь накрыло плохое предчувствие, будто все его предки разом воззвали, чтобы он не переступал порог. Однако прислушиваться он не стал – взял Назара под руки и потащил к ведьме.

К курве-овде, как говорил полицейский.

Почти сразу зажглись лампы под потолком. Дом этот оказался таким же, в каком жили они сами, с такими же занавесками на квадратных окнах, разве что внутри было просторнее из-за меньшего количества мебели.

Аня провела его на кухню. Длинный стол у окна, накрытый белой скатертью, был сервирован на две персоны, в чашках остывал крепкий чай, а варенье заветривалось. Ведьма ловко собрала всё и перенесла на тумбу у раковины, после чего стащила скатерть и указала на столешницу.

— Клади своего друга.

Ваня без колебаний послушался. Назар сразу же засопел, сворачиваясь и обнимая живот. Похоже, действие обезболивающего начинало слабеть, и новый приступ боли был не за горами.