Книга Наследие графского рода, страница 97 – Таисия Тишь

— Значит, помимо бумажной войны, нужен тыловой госпиталь, — заключила Оля. — И наблюдатель. Как невролог скажу, если у вашего друга будут срывы, он не должен оставаться с ними один на один. Как врач добавлю, ребёнку после такого стресса может понадобиться помощь, которую в деревне не получить. Как просто ваш союзник, отмечу, что у меня есть доступ к медикаментам, стерильным материалам. И я умею хранить тайны. Подумайте, чем я могу быть полезна.

Володя слушал, и тяжёлый ком тревоги в груди начал понемногу рассыпаться, превращаясь в список конкретных, пусть и сложных, задач. Её предложение было настолько прямым и обезоруживающе профессиональным, что не оставалось места для сомнений в её серьёзности.

— Это… больше, чем я мог ожидать, Ольга Николаевна. Спасибо. Мне нужно на обход, — сказал он, поднимаясь. — Обдумать всё это. И спасибо за чай и… за поддержку.

Оля кивнула, понимая, что такие решения требуют не мгновенного согласия, а внутреннего расчёта. Её предложение было на столе. Теперь ему нужно было решить, как им воспользоваться.

Они встретились снова через пару часов. В коридоре Володя увидел, как у поста дежурной сестры какая-то женщина, видимо, родственница, пыталась что-то доказать, умоляя пустить её к «тяжёлому». Оказалось, речь шла о его пациенте, том самом, с операцией на позвоночнике.

Володя подошёл.

— Вы поговорите с пациентом. Я его врач, Ершов. Но пущу вас только тогда, когда он сможет отвечать. Сейчас это невозможно, он отходит от наркоза. Ему потребуются сутки. Скажу прямо: поезжайте домой, ночь на дворе. Ходить он будет, а дальше вы со всем разбирайтесь, сейчас здесь вам находиться без толку.

Он отвернулся, не дожидаясь реакции, но её голос остановил его:

— Это точно?

— Что именно?

— Рома будет ходить?

Володя хотел было отрезать как-то формально, но заглянул в глаза женщине и понял: она мать. В них был тот же животный страх и та же немота, что он видел уже не раз.

— Реабилитация долгая, но да, будет. Точно будет. Терпение и время. Операция успешная. Сейчас важен послеоперационный период: уход, обработка. В ближайшие сутки он отойдёт. Болезненность будет сохраняться, поможете ему с ней справиться.

Женщина молча кивала, роняя слёзы — не то сожаления, не то радости, не то растерянности.

Пока Володя заполнял историю болезни, мысль родилась сама собой, кристально ясная, как хирургический план. Для сложных случаев нужны сложные решения. И надёжная связь.

— Катя, а где Ольга Николаевна? — спросил он у проходившей мимо сестры.

— Так она с обхода в ординаторскую пошла.

— Разминулись. Спасибо.

Он нашёл Олю всё в той же ординаторской. Она что-то записывала в журнал.

— Ольга Николаевна, можно вас? — спросил Володя, заглянув в кабинет.

Коллеги лишь покосились. Ольга вышла, прикрыв за собой дверь.

— Да? — В её взгляде не было удивления, только ожидание. Она поняла, что он вернулся не просто так.

— Я думаю, вы правы. Юре нужно рассказать всё, что мы с Сергеем узнали. Нужно организовать встречу с Анной, и желательно быстро. Но в телеграмме всего не объяснишь, а они далеко. Они должны быть готовы, понимать, на что идут.

— Скажите прямо, Владимир. Чем помочь?

— Телефон. Можно организовать звонок отсюда, из больницы? Мне нужно поговорить с сестрой. Услышать её голос и всё ей объяснить.