Книга (Не)случайная наследница чайной, страница 60 – ЮЭл

— Не было бы чего обсуждать, не обсуждали бы, – отрезала я, не желая, чтобы кто-либо обижал моих постоянных клиентов. Тем более, благодаря госпоже Марлин я всегда в курсе всего происходящего в городе.

— Они даже представить не могут, чем генерал занят, и насколько они далеки от истины, – продолжал Симар, и в его голосе послышались странные нотки.

— Конечно, – злобно прошипела я, не понимая, откуда во мне столько желчи. – Куда нам до великого и прекрасного!

Симар не поддался на мою провокацию, лишь пожал плечами. А я и сама не понимала, почему в моих словах столько яда. Какая-то нестерпимая обида и горечь терзали меня. Эх, в отпуск бы сейчас, к морюшку, а не чайную на ноги ставить, ломая голову, как клиентов привлечь и выгодные сделки заключить. Еще и с духами надо поговорить, утихомирить их. В одном Рамин прав, договоренности надо соблюдать. Надо придумать, как выпроводить Симара, пока кто-нибудь из них не слетел с катушек.

Солнце едва пробилось сквозь мутные стекла чайной, а утро уже встретило меня ударом в нос. Нет, не бодрящим ароматом свежезаваренного чая, не уютным запахом свежей выпечки, а чем-то… отвратительным. Резкий, чуть кисловатый душок с отчетливым оттенком болотной тины расползался по помещению. Я поморщилась, стараясь не вдыхать этот кошмар, и с подозрением огляделась. Только бы призраки не учуяли «аромат» и не выскочили навстречу ценному грузу. Они в последнее время и так раздражительны до жути.

— Это что за вонь? – поморщился Симар, с сомнением разглядывая один из мешков, из которого исходил основной удар по обонянию. В его глазах плескалось явное отвращение.

— Чай, – постаралась я сделать серьезный вид, хотя внутри всё протестовало против этого зловония. – Вонючий, но полезный. Особенно для масок. Омолаживает, подтягивает и, говорят, помогает от сглаза.

Симар усмехнулся, оценивающе окинув меня взглядом.

— Ты и так красавица, зачем тебе все эти… извращения?

Я фыркнула, доставая из ящика маленький кирпичик, тщательно упакованный в пергамент. Поставщик, не теряя времени даром, перегружал коробки с какой-то маниакальной скоростью, косясь то на Симара, то на двери, словно был готов сию же минуту пуститься наутек.

— Лучше помоги, – буркнула я, стараясь не обращать внимания на жуткий запах.

— Помогу, конечно, – буркнул Симар, забирая у поставщика увесистую коробку. Его лицо выражало крайнюю степень недовольства.

Развозчик кивнул и мгновенно испарился, словно кто-то плеснул кипятком ему под ноги.

— Напугал бедолагу, – заметила я с усмешкой.

— Это не я, это твой адский чай, который, как ты говоришь, омолаживает, а пахнет, как болотный мох после грозы, – отрезал Симар, пытаясь сдержать тошноту.

Мы рассмеялись, и напряжение немного спало. С Симаром я чувствовала себя как с братом, с которым можно и поругаться, и помириться, и поговорить по душам, не боясь осуждения.

— Я пойду, – сказал Симар, облокотившись о дверной косяк. – Ты уверена, что справишься одна?

— Да ладно тебе, – отмахнулась я. – Чайная будет открыта всего два часа. На булочки я даже заказ не делала, хотя всю прошлую неделю их сметали подчистую. Дедушка Эмиль предупреждал, что все будут отмечать праздник с семьей или близкими.

Симар кивнул, соглашаясь.