Книга (Не)случайная наследница чайной, страница 9 – ЮЭл

— Что значит не открывай? – прошипела я, сжимая кулаки. – Может, у меня семья, и кто-то вернулся домой?

А что? Вполне возможно. Память о жизни Тейи оставалась туманной дымкой, а она сама не спешила делиться своими воспоминаниями. Призраки лжи – вот кто они! Один этот ворчливый тип чего стоит! Только и знает, что пугать меня.

— Девочка… – Асира, словно тень, возникла сбоку. – Но Тейя говорила, что у неё не осталось живых родственников. Тётка со стороны отца была единственной оставшейся в живых, и после её смерти чайная перешла в ее владения. Это никак не могут быть родственники.

Опаньки, вот это свежая информация! У меня, у новой меня, нет родственников, зато есть наследство и троица перепуганных привидений плюс один проказник.

— Хозяйка, – стук в дверь стал настойчивее, – я чай привёз.

— Чай?

Духи подозрительно оживились, заметались по чайной, словно мыши в западне.

— Чай.

— Это чай.

— Открывай быстрее!

Какие шустрые! Ещё несколько секунд назад умоляли меня оставаться дома, а теперь чуть ли не силком тащат к двери. С одной стороны, они меня бесят, но, с другой, этот вредный ворчун и мелкий проказник только что вручили мне мощный рычаг давления. Хищная улыбка тронула мои губы.

— Ну хорошо, – проговорила я, чувствуя, как азарт наполняет меня. – Сейчас я открываю дверь, а потом вы мне рассказываете всё, что я должна знать.

Асира, словно поражённая громом, прикрыла рот рукой (или тем, что у неё вместо рта). Рамин недобро сузил свои призрачные глаза. А Скит попытался швырнуть в меня шашкой, которую я удачно перехватила.

— А, не-е-ет! – злобно помахала я кулаком перед носом мелкого проказника. – Вам нужен чай, а мне – информация.

— Так, мы ж ничего не знаем… – протянула Асира, делая вид, что ей страшно.

Ага, конечно, не знает она! Бессовестная старая лгунья! Я уверена, что именно она может рассказать мне всё, что таит в себе этот мир, который вполне может оказаться враждебным.

Ещё с детского дома я помнила, что в переговоры с террористами вступать нельзя. Скрестив руки на груди, я ждала, когда показания старого духа изменятся.

— Ты пойми, деточка…

Тук-тук-тук.

— Мы же духи, что мы…

Тук-тук-тук.

— Если бы…

Тук-тук-тук.

— Хозяйка, ежели не надо, ты скажи, я ухожу.

— Ладно! – Сдалась Асира, которая на каждый стук подозрительно оглядывалась на дверь.

Победная улыбка расцвела на моём лице. Асира злобно сощурила глаза. Точь-в-точь как ворчун минутой ранее.

Распахнув дверь, я увидела мужчину в заляпанном фартуке, который уже собирался уходить.

— О, хозяйка! – Изумление отразилось на его лице. Видимо, он совсем отчаялся достучаться до этой нерадивой бизнесвуменши. Хотя вряд ли ему вообще знакомо это слово. – Как обычно?

Утвердительно кивнув, я огляделась. Только сейчас осознала, что до сих пор даже не выходила на улицу. Никаких соседей, никакого хозяйства – ни кур, ни овец. Вдалеке виднелись соломенные крыши и деревянные дома. Извилистая дорога вела из города в лес, а моё захудалое заведение расположилось прямо на пути.

М-да…

— Как обычно, – ответила я торговцу, отгоняя неутешительные мысли о заведении новых знакомств в кратчайшие сроки. Придётся подождать.

Быстро окинув взглядом посетителя, я отметила, как он копошился в огромном холщовом мешке. Ничего примечательного. Невысокий, сгорбленный, с тонкой полоской усиков над верхней губой и глазами-пуговками. Я заметила длинные тонкие пальцы, как у пианиста, и высокие коричневые сапоги в грязи. Удивительно, где он нашёл грязь в такую яркую солнечную погоду. Вспомнился фильм «Москва слезам не верит» и пунктик насчет чистой обуви.