Книга Маг, запирающий страны, страница 67 – Aki

Ответа, разумеется, нет. Только гулкое эхо и тихое шипение радиации где-то далеко наверху, за километрами камня.

Ладно. Дело надо делать, а не разговоры с самим собой разговаривать…

Я поднимаю руку. Не для красоты. Просто так легче сфокусировать волю. Концентрируюсь. Внутри, в той самой пустоте, что когда-то была грудной клеткой, а теперь является реактором моей воли, что-то зажигается. Не тепло — скорее, вибрация. Чистая, неумолимая сила.

И я толкаю её вперёд.

Не взрыв. Не удар. Это… разрешение. Я даю магическому полю, которое теперь является продолжением моей нервной системы, команду на перестройку материи. На атомарном уровне.

Воздух передо мной светлеет, становится густым, словно жидкое стекло… А потом он сдвигается. И за ним сдвигается камень.

Это зрелище каждый раз завораживает даже меня самого. Гигантский пласт породы — гранита, сланца, всего, что было на пути — не раскалывается, не крошится. Он… расступается. Как будто невидимый гигантский шнек ввинчивается в толщу земли. Камень плавится по краям будущего тоннеля, моментально остывая в идеально гладкую, сияющую поверхность.

Пыли нет. Грохота нет. Только тихий, нарастающий гул, похожий на звук реактивного двигателя где-то в глубине земли.

Я лечу вперёд по рождающемуся тоннелю. За мной остаётся идеальный цилиндр диаметром метров десять, с стенами, испещрёнными теми самыми золотыми прожилками. Они постепенно загораются по мере моего продвижения, оставляя после себя ровный, тёплый свет. Пол формируется сам — простой уплотнённый камень, абсолютно ровный.

Километр. Ещё километр.

Я не устаю. Раньше такие вещи выжимали меня, как тряпку. Теперь же… теперь я просто пропускаю через себя поток. Я — не источник. Я — русло. И поток этот кажется мне бесконечным.

Бог, — снова приходит мысль, уже без сарказма, с холодным, почти научным интересом. — Ты и вправду бог, Первый. Подземный, но бог. Можешь творить миры в камне. Можешь давать жизнь. Можешь диктовать законы физики в пределах своих владений. Что, скажи на милость, отличает тебя от того самого Яхве с его «Да будет свет»? Разве что бороды только нет. И скрижалей не выдаёшь. Пока что.

Я останавливаюсь. Тоннель закончен.

Ещё одна артерия в теле моего нового, подземного царства. Впереди — тупиковая стена, за которой, в трёхстах метрах, бьётся слабый пульс чужих мыслей.

Ещё одна банка с паникующими сардинками.

Но сегодня… сегодня не хочется с ними общаться. Не хочется снова видеть эти полные надежды и ужаса глаза. Не хочется слышать очередные «слава тебе» или, что хуже, тихий плач ребёнка, который не понимает, почему мир стал таким тёмным.

Сегодня хочется… другого.

Я разворачиваюсь и лечу обратно, по только что созданному тоннелю. Скорость — не скорость света, но явно уже что-то очень близкое. Стены мелькают вокруг меня золотой полосой.

Я не останавливаюсь в «Подземном Граде», не заглядываю к Климову.

Знаю — он справится. Он теперь мой верный… управитель. Мэтр. Премьер-министр подземной империи.

Пусть разбирается с отчётами о расходе туалетной бумаги и спорами из-за места у реки.

Я же лечу на восток. По своим тоннелям, потом — сквозь нетронутую толщу земли. Камень для меня — уже не преграда.

Я просто растворяюсь в сиянии, становлюсь чистым потоком магии, просачиваюсь сквозь породу, как вода сквозь песок. Радиация, смертельная для всего живого, для меня — лишь лёгкое, противное покалывание, фоновый шум в моём восприятии.