Книга Спасение души несчастного. Том 2, страница 169 – Лин Няннян

— Барышням должно проявлять уважение и внимание к благородному мужу, быть вежливыми и обходительными. – Мягкий выговор на время отгородил юных особ от наследника.

Пока они пребывали в смятении, Го Бохай изящным движением сел на коня и скомандовал:

— Ученик, мы спешим!

По спине У Чана словно пробежала тоненькая молния. Понятно, что наставник произнес это столь серьезно лишь для видимости. Однако от его командного тона наследник так преисполнился в послушании, что уже вскочил на Цзюя и без лишних слов поскакал вслед за мужчиной на белом коне. Спустя половину ли Фэн замедлился. Го Бохай в шутку поинтересовался:

— Поклонницы?

У Чан резко остановил скакуна, сравнялся с учителем и, разгоряченный ситуацией с юными особами, нервно сдернул свой головной убор:

— Зачем вы так? Знаете же, я ни за что не стал бы вести легкомысленные беседы. – Он услышал тихое «ха» из-под шляпы и фыркнул: – Не смейтесь! Прошу…

Го Бохай тоже открыл лицо, закинув газовую ткань на спину:

— Чтобы благоухать, цветам необходимо внимание. В следующий раз просто скажи, что ты родом из тихой местности.

Оба остановились у красной усадьбы, расположенной в богатом районе на краю Лидуна. Здание не выглядело как постоялый двор: закрытые ставни ворот, слуги, подметающие угодья, даже статуя духовного зверя на входе. У Чан удивился:

— Не выглядит как гостиница. Госпожа Хунь пригласила осмотреть дом?

— Не совсем. – Выражение лица Го Бохая на миг изменилось, и он с горестью вздохнул: – Эта женщина быка уговорит станцевать. Не смог отказаться от ее гостеприимства.

Под конец фразы уголки губ наставника приподнялись, однако сама улыбка ничего, кроме душевных терзаний, не выражала – все же ему было некомфортно оставаться под чужой крышей. За много лет на горе Хэншань Го Бохай на удивление успел привыкнуть к одному месту. У Чан хмуро покачал головой: номер в каком-нибудь хорошем постоялом дворе был бы куда лучше. Но в сложившейся ситуации с заданием лучше было разузнать побольше от домочадцев.

Настал вечер, однако учитель и ученик в гостевом крыле усадьбы все ждали обещанной встречи с семьей Хунь. Оба быстро управились, осматривая внешние владения и опрашивая рабочих: кто на кухне нарезал продукты, кто на улице фасады здания чистил, – однако все как один ничего не знали и не слышали. Поэтому прибывшие сразу отправились в комнату учителя. Пока Го Бохай слушал, что успел разузнать У Чан у преемницы, сам ученик сидел за простеньким столом с бумагой и разведенной тушью.

— Запиши все, что ты сейчас рассказал. – Сложив руки за спиной, Го Бохай стоял лицом к окну. – Госпожа Хунь умолчала о своем сыне – интересно будет узнать причины.

У Чан удивился:

— О чем же вы тогда все время общались? – Он поднял голову и поймал момент, когда ладони наставника крепко сжались.

— Конечно же, о ее проблеме, – быстро ответил Го Бохай. Однако о том, сколько времени сваха изводила его уговорами назвать свою дату рождения, чтобы заглянуть в совместимость, мужчина, скромничая, умолчал. – На госпоже Хунь есть слабый отпечаток скверны. Ты же помнишь, чему я тебя обучал?

У Чан кивнул в ответ.

— Не думаю, что здесь замешаны злые силы, – задумчиво заключил наставник.

Чтобы проклясть смертного, не всегда нужно быть демоном, иметь при себе ритуальные предметы или замышлять кровавую расплату. Иногда человеку с врожденной сильной духовной энергетикой достаточно плохо подумать, например: «Да чтоб ты упал плашмя!» Но эффект будет слабым, и максимум, что может произойти, – проклятый просто запнется. В случае с госпожой Хунь все куда запутаннее.