Книга Бескрайнее темное море. Том 2, страница 132 – Моргана Маро

Матушка и братья… Он даже не успел с ними толком поздороваться! Не успел спросить, как они поживали, не успел рассказать, что пережил во время путешествия!

Подняв взгляд на возвышение, Цин Вэнь заметил человека, стоявшего рядом с троном. В его вытянутой руке сверкал белоснежный меч, запятнанный кровью, а под ногами лежала голова императора. Лицо Хэ Ланцзяна исказили злость и ужас.

Глядя на спину убийцы, Цин Вэнь понял, что она ему знакома. Он знал эти пальцы, держащие меч, знал длинную шею и прямую осанку. Он знал, кто перед ним, но не мог этого принять.

— Фан Лао?

Заклинатель медленно обернулся. На его белой щеке остались следы крови, а взгляд спокойных черных глаз устремился к Цин Вэню. Фан Лао опустил меч, и тот кольцом обвил его палец.

— Я надеялся, ты будешь спать до утра, – произнес заклинатель. – Ты не должен был видеть то, что сейчас происходит, мой принц.

Стоило ему шагнуть вперед и замереть на краю ступеньки, как Цин Вэнь невольно подался навстречу.

— Что ты наделал? Лао-эр, объясни!

Заклинатель не ответил, и принц почувствовал, как внутри начинает закипать ярость. В руку скользнуло гуань дао, по которому с треском пробежали змейки белых молний.

— Я лишь исполнял волю звезд, – наконец произнес Фан Лао. – Звезды нельзя обмануть, мой принц.

Он вдруг оказался в шаге от Цин Вэня. Сверкнуло белое лезвие – и принц с трудом отразил меч, готовый пробить ему голову. Задрожали руки, а пол под ногами треснул. Фан Лао обладал нечеловеческой силой! Он двигался легко и спокойно, и каждый его удар мог быть смертельным. Стоило им обменяться лишь парой, как Цин Вэнь понял – он не соперник заклинателю. Все равно что птица, застигнутая ураганом.

Отпрянув на несколько шагов и сжимая Байшаньдянь, принц хрипло произнес:

— Лао-эр, я не хочу с тобой сражаться!

— У тебя нет выбора, – заметил Фан Лао.

— Объясни, за что?! – взмолился Цин Вэнь, опустив гуань дао. – За что ты их убил?!

Подступили обжигающие слезы, а дыхание стало сиплым. Принц с трудом вбирал в грудь воздух, стараясь не смотреть на тела.

— Ты знаешь, как пала Великая Цзянь, мой принц? – негромко спросил Фан Лао, и в его глазах мелькнуло нечто странное. Лишь приглядевшись, Цин Вэнь понял, что это злость, страшная злость. Спина взмокла от ужаса.

— Ее сгубило Великое Бедствие Пустоши!

Заклинатель горько усмехнулся и покачал головой.

— Эта «правда» очень удобна для четырех империй, но далека от истины. Кто и виноват в падении Великой Цзянь, так это четыре человека с черными сердцами, решившие разделить власть между собой. Жаль, они не ожидали, что со смертью императорской семьи навлекут на себя Великое Бедствие Пустоши. Ты моцзя, мой принц, только по вине четырех советников, так разве не на них должна быть направлена твоя злость?

— Тогда… кто ты, Фан Лао? – спросил Цин Вэнь. – Почему ты вершишь судьбы этих людей?!

— Потому что у меня есть на это право.

Его слова прозвучали так легко, что Цин Вэнь не сразу в них поверил. Право на месть? Право на убийство?!

— Я не понимаю тебя, Лао-эр… – покачал головой принц.

Взгляд Фан Лао смягчился.

— Ты и не должен меня понимать. Я сделал то, что должен был, и уйду. Надеюсь, наши судьбы больше не переплетутся.

— А все те люди на улице… Зачем ты убил их?!

— Своими руками я убил только тех, кто в этом зале, – спокойно произнес Фан Лао. – Когда пала Великая Цзянь, погибла сотня тысяч людей, так что умершие сегодня – лишь капля в море.