Книга Тигровая лилия, страница 109 – Катерина Зверь

— Матушка, – позвала Джемайя, и Руйо вопросительно подняла брови. – Есть ли способ попасть в Чашу незамеченной?

Видимо, она все-таки рассуждала вслух – Первая мать ничуть не удивилась этому вопросу.

— Ты хочешь узнать, что известно достопочтенному ар-Кешшару о зверях на самом деле? – спросила она.

— Нет, – покачала головой Джемайя. – Я хочу узнать, сколько ему было известно до того, как он явился в Ямарру. Ты предостерегла меня от того, чтобы не сделать ошибок. Чтобы по моему слову не осудили невиновного.

Она взглянула Первой матери в глаза – болотная зелень против ледяной морской воды – и добавила:

— Я хочу убедиться наверняка, что не сделала ошибки.

* * *

В «слепой час», когда солнце спускалось в подземный мир через охраняемый Привратниками ход, жизнь в бухте замирала. Рыбацкие лодки таились возле причалов, грузовые плоты и гребные баржи, доставлявшие товары на борт больших кораблей, останавливались у грузового пирса передохнуть, как натруженные работяги порой присаживаются перевести дух, сделать глоток воды и поболтать пару минут, пока бригадир сверяет документы. Большие парусные суда, гордые, красивые, усмиряли свою гордость и покачивались на волнах за пределами бухты, дожидаясь, когда солнце скроется за горным кряжем окончательно.

В «слепой час» зайти в бухту не мог никто – солнце немилосердно било в глаза всякому, кто осмеливался бросить ему вызов.

Однако это вовсе не означало, что никто не мог из нее выйти.

Джемайя прошла вдоль рыбацкого причала, где теснились маленькие парусные лодочки, до самого конца, где покачивался на волнах неприметный тонкий каяк. Такие лодки использовали курьеры, отправлявшиеся с мелкими поручениями к близлежащим островкам, ныряльщики за жемчугом и диковинными раковинами, охотники за крабами и птицами, промышляющими на ближайших отмелях. Такие каяки не годились для дальнего плавания, но вполне выдерживали бой с морскими волнами, если путь предстоял короткий.

А Джемайя и не собиралась выходить в море далеко.

Ей предстояло выйти из бухты и обогнуть берег, чтобы добраться до места, откуда наверх, к скалам, вела потайная лестница, некогда вырубленная теми же контрабандистами, что основали Чашу. Вопреки слухам, лестница не вела в саму крепость, но выходила на поверхность в непосредственной близости от нее. Так что сбежать из окруженной Чаши незаметно все-таки было невозможно. А вот подобраться поближе, чтобы понаблюдать за охотниками и послушать, о чем они говорят, когда думают, что вокруг нет лишних ушей, – вполне.

А большего Джемайе и не требовалось.

Алар и его отряд собирались в очередную вылазку ночью, когда взойдет луна, – если Нерим Керемар и успел обратить кого-то еще, кроме тех двух бедолаг, убитых охотниками, то он сделал это совсем недавно. Контролировать зверя в первое время достаточно сложно, и, если кто-то из жертв Нерима все еще прячется в чаще, его будет проще обнаружить.

Это означало, что до заката охотники останутся в крепости. И в «слепой час» будут вовсю готовиться к выходу, не ожидая нежданных гостей. Особенно со стороны моря – ведь Алар, наслушавшийся от Джемайи ямаррских легенд, полагает, что в эти часы бухта закрыта…

Оставалось лишь пройти вдоль берега, не выходя далеко в открытое море, чтобы каяк нельзя было заметить сверху.