Книга Дар смерти, страница 218 – Анна Трисс

Мрак иронично улыбался всякий раз, когда какой-нибудь житель Алкантара убегал при их приближении. Как обычно, он упивался страхом, который внушала всем и каждому Гильдия теней.

* * *

Покачав головой, Хамар окинул взглядом Скептрион, возвышающийся над столицей.

Белокаменный фасад был украшен богатыми композиционными элементами, в которых чувствовалось влияние эльфов, гномов, дикарей и имперцев; ничего похожего нельзя было встретить ни в одном другом человеческом городе. Колонны, пилястры, арки, завитки, карнизы, перемычки, ниши, балюстрады и барельефы соперничали за внимание зрителей, образуя запутанную смесь стилей, материалов, культур и эпох. Верхняя часть центрального здания была увенчана гигантским арочным фронтоном, усеянным гаргульями, похожими на крылатых волков. Воздвигнутые на пьедесталы позолоченные статуи шестиголовых существ с разинутыми пастями охраняли главные бронзовые ворота, украшенные резными геометрическими узорами. Эти две грозные гидры высотой два метра демонстрировали клыки, вырезанные из нефрита, и глазницы, инкрустированные изумрудами. Увенчанные высокими золотыми куполами, сверкающими на солнце, симметричные фасады боковых крыльев дворца были полностью увиты листьями плюща, за которым тщательно ухаживала целая армия старательных садовников. Верхняя часть старого имперского донжона – Фаланга – триумфально возвышалась за фронтоном во внутреннем дворе, а за золотыми куполами вырисовывались две башенки.

Посетители всегда терялись, на что смотреть в первую очередь, что сохранить в памяти и чем восхищаться, а от чего отвернуться и о чем забыть. Для такого утонченного ценителя искусства, как Жнец, это сооружение выглядело по-прежнему таким же иррациональным, как и в первый раз, когда он столкнулся с его смущающей пестротой. Великолепно отвратительный и гротескно величественный, Скептрион был единственным зданием, которое никто не посмел бы назвать классическим. Если бы Хамар был Торговцем, он бы подошел к этому вопросу радикально и велел бы его снести, чтобы построить на имперском фундаменте дворец в эльфийском стиле.

После того как их обыскали охранники, три высшие Тени вошли во дворец, где их встретил лакей с обвисшими усами – он слегка поклонился и развернулся, не сказав ни слова. Убийцы последовали за ним бесшумной походкой. Громко лязгая доспехами, за ними на разумном расстоянии следовал десяток солдат, что тут же вызвало раздражение у Хамара. В последний раз, когда он присутствовал на Празднике жатвы, девяносто семь лет назад, меры безопасности, принимаемые Лигой по отношению к их Гильдии, не были такими строгими. Следовало признать, что Скертир, Кемис и Адриан не склонны к поблажкам и небрежности.

Внутри Скептриона все было пышно и чрезмерно. На висящих вдоль стен огромных портретах в рамах, перегруженных причудливыми украшениями, фигурировали поколения Торговцев. Выцветшие гобелены источали стойкий запах въевшейся пыли. В круглых настенных светильниках с золотой отделкой, символизировавших солнце, горели свечи. Изысканная мебель эльфийского производства из черного и красного дерева датировалась периодом империи Каллистена III.

Во время пути Жнец изучал окружающую обстановку с методичным, профессиональным вниманием. Когда он исследовал новое место, то всегда заставлял себя рисовать в уме подробную карту, запоминая определенные детали, которые могли показаться безобидными неискушенному взгляду. Расположение дверей, окон, люков. Их размер. Местоположение залов, лестниц, коридоров, их пересечений. Возможные укрытия… возможное оружие – например, острые или тяжелые безделушки. Поскольку его последний визит во дворец состоялся почти век назад, следовало обновить свою мысленную карту.