Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 148 – Ната Лакомка

— Со мной всё в порядке, – сказала я веско, продолжая смотреть на Рихарда.

— Ваше величество… – опять начал отец, но дракон оборвал его привычным полудвижением руки.

— Кстати, о принцессе, – он осклабился, хотя, наверное, пытался изобразить приветливую улыбку, – вы были правы, её надо взять под стражу. С этого дня её охраняют мои люди, а вам, дорогой принц, запрещено подходить к ней.

— Ах, она пожаловалась? – догадалась я и презрительно добавила: – Какая любящая «сестрёнка»!

— Я же просил тебя… – почти простонал отец, но его никто не слушал.

— Разговаривать не запрещаю, но угрожать ей не позволю, – продолжал король Рихард. – Советую попридержать резвость, потому что мои люди слушаются только меня, и принц Альбиокко для них не господин. Это ясно?

— Предельно, – подтвердила я дерзко. – Ясно, что теперь в Солерно новый король – вы. Настоящий король упразднён, как был упразднён прежний верховный король.

Отец закрыл глаза ладонью, будто делая вид, что ничего не слышит, не видит, и не желает участвовать в этом мятеже.

— Не преувеличивайте, принц, – сказал король Рихард. – Никто не сместил с трона вашего отца, и ваши приказы для этого города остаются в силе. Все, кроме тех, что касаются принцессы. Если вы такой поборник законности, то извольте выполнять приказ вашего сюзерена. Мой приказ.

— Конечно, – снова согласилась я. – Мой долг – выполнять любые приказы вашего величества. Даже безумные.

— Пока безумно ведёте себя только вы, – заметил дракон.

— Или единственный, кто разумно, – не спустила я и эту фразу, потому что она задела меня за живое.

Сначала Хильдика, потом отец, теперь уже и король Рихард говорят о безумии. Не хватало ещё, чтобы они объединились и официально обвинили принца в сумасшествии. А может… они уже объединились?..

Рихард придвинулся ко мне ещё ближе, и теперь возвышался надо мной, уперев кулаки в бока и чуть хмурясь.

Я невольно сглотнула, потому что когда такое существо стоит так близко, начинаешь немного нервничать. А если это существо ещё и смотрит вот этим странным взглядом…

— Что же ты за человечек? – спросил король Рихард негромко, неожиданно переходя с вежливого «вы» на пренебрежительное «ты». Впрочем, сейчас я в его голосе пренебрежения не уловила, но такой переход мне совсем не понравился. – Тебе сказали, что ты проиграл, – дракон говорил мягко, почти нашёптывал, но глаза горели, как угли, – проиграл, а всё равно не сдаёшься. Или тебе так важно лезть вперёд? Чтобы все смотрели тебе в спину и восхищались твоей смелостью? Не лучше ли проявить благоразумие, а не глупую смелость? Успокойся уже.

Проиграл… лезть вперёд… Я закипела только от этого, а «глупая смелость» добавила ещё больше гнева и злости.

— Если бы я был один, – сказала я с холодным бешенством, – то, возможно, так бы и сделал. Промолчал, позволяя вам, моему отцу, прочим заблуждаться и совершать опасные глупости, – я вернула ему его дурацкие слова. – Но за мной мои близкие, родные, мои подданные. Я не могу позволить себе такой роскоши – сдаться вам на радость. Я обязан сражаться до конца, защищая тех, кто стоит позади меня. И лучше я умру глупым смельчаком, чем благоразумным трусом.

Что-то промелькнуло в глазах-угольях, что-то непонятное, отчего я попятилась, но сразу же гордо вскинула голову. Я сказала правду, не сказала ничего оскорбительного, а дерзость – не оскорбление сама по себе. Но даже если дракон решит казнить за дерзость, ему придётся потрудиться, чтобы справиться со мной. И дело не закончится одним расквашенным носом.