Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 153 – Ната Лакомка

— Решил поразмяться? – спросил Рихард, с размаху плюхаясь в кресло. – Ты что-то совсем в затворника превратился, целыми днями тебя не видно.

— Находиться здесь не могу, – сквозь зубы ответил Тюнвиль. – Имей в виду, что я в этом проклятом городе только из-за тебя. Иначе давно бы улетел.

— Да ладно, – хохотнул Рихард, не поверив.

— А ты что такой довольный? – спросил брат, оглянувшись на него через плечо и по-змеиному вывернув шею.

— Говорил с прницессочкой, – небрежно пояснил король и, заметив, как вспыхнули глаза брата, добавил: – Той, которая Аранчия.

— И что она? – равнодушно спросил Тюнвиль, снова отворачиваясь к морю.

— Ничего, – пожал Рихард плечами. – Сказала, что готова под венец хоть завтра, и всего меня обцеловала.

— Девственница? – уточнил Тюнвиль.

— Да, – кивнул король и поскрёб горло. – Не заметил на ней ни единого золотого украшения. Даже подвязки на чулках простые, шёлковые.

Намёк был более чем понятен, и драконы от души посмеялись.

— Похоже, принц Альбиокко спор проиграл, – сказал Тюнвиль со злорадством. – А он был так уверен, что ты не понравишься его сестре.

— И он не ошибся, – спокойно ответил Рихард. – Я ни черта ей не нравлюсь. Она меня боится. Дрожит, как мышь, но готова на всё.

— Пусть дрожит, – отмахнулся Тюнвиль. – Она выбрала корону, а ты или корона – в результате это всё равно одно целое.

— Одно целое, – задумчиво подтвердил король Рихард. – Не подходи к ней, Тюн.

— Ты о ком? – Тюнвиль рывком обернулся.

— О принцессе Аранчии, – Рихард поднялся из кресла и прошёлся по комнате, точно так же, как брат, размахивая руками, чтобы размять мышцы.

— Да мне даром не сдалась твоя принцесса, – покривился Тюнвиль.

— И я не хочу, – продолжал Рихард, – чтобы ты разговаривал с ней. Не хочу, чтобы принимал какие-то подарки, даже лакомства от неё не принимай, даже из вежливости.

— Почему? – Тюнвиль нахмурился и с подозрением уставился на брата. – Думаешь, она может мне навредить?

— Это на всякий случай, – мягко сказал король. – Девчонка очень беспокоится за принца, а ты собирался его немного убивать…

— Не собирался, – поджал губы Тюнвиль, и лицо у него ожесточилось.

— Ну да, ну да, – покивал Рихард многозначительно. – И к принцу не подходи. Это моё последнее слово.

— Вы все свихнулись из-за этого принца, – Тюнвиль сказал, как выплюнул. – Слышать о нём не могу!

— Ты поплавать хотел? – сказал Рихард уже совсем другим тоном. – Вот и отправляйся плавать. Пар выпустишь и всё такое. А то ты слишком уж разгорячился в этом Солерно.

Тюнвиль рассерженно фыркнул и выпрыгнул в окно, раскинув руки.

— Проклятый городишко, – проворчал Рихард, провожая брата взглядом.

Тюнвиль не услышал этих слов, потому что уже превратился в дракона и полетел в сторону моря, рассекая воздух кожистыми крыльями.

Море приняло его ласково, подставив тёплые и мягкие ладони. Дракон долго плескался, ныряя и снова выплывая на поверхность, хватая зубами пену, которую взбивал мощным движением хвоста. Солнце постепенно опускалось в воду, подсвечивая море золотистым и красным, и Тюнвилю казалось, что он плавает внутри огромного янтаря, который не застыл, подобно своим земным собратьям, а остался живой смолой, в которой играют пузырьки воздуха, резвятся рыбы и таинственные существа морских глубин, и колыхаются водоросли, похожие на кудри одной человеческой девы…