Книга Король драконов и Принцесса-Апельсин, страница 80 – Ната Лакомка

Ладонь холодила моё запястье, и мне казалось, что я чувствовала что-то очень знакомое, что-то близкое… почти родное…

Родное? Подобное слово в отношении короля драконов было насмешкой. Их с герцогом невозможно было посчитать родными а уж что касается меня…

Странно, что в этот момент меня больше занимала рука короля, а не рыба, наконец-то попавшая на мой крючок. Но в следующую секунду раздался треск, и удилище переломилось пополам. Я не удержалась и упала на спину, продолжая сжимать обломок, а вот король повалился вперёд, кувыркнулся через борт и… исчез с глаз, только мелькнули подошвы сапог, подбитые гвоздиками в два ряда, и плеснули волны.

Рывком вскочив, я вцепилась в борт лодки.

— Не стоит прыгать за ним, принц, – раздался ленивый голос Тюнвиля. – С ним ничего не случится.

Как будто я собиралась прыгать за ним в воду! Смешно спасать дракона, который чувствует себя в воде, как.. как рыба в воде.

Конечно же, я была права. Не прошло и минуты, как море вспенилось, и над поверхностью показалась чёрноволосая голова Рихарда. И белые зубы, разумеется. Потому что король хохотал во всю глотку.

— Ну что?! Я же говорил! – орал он, цепляясь одной рукой за борт и одновременно пытаясь отбросить прилипшие волосы с лица. – Это зверь, а не рыба!

Да, под мышкой он держал ту самую рыбину – огромную, длиной почти на размах рук. Мокрая спинка тёмно-оливкового цвета блеснула на солнце, а бока отливали серебром. Чёрная кефаль. И такая крупная, каких давно не видели в наших местах.

— Ага! Сказать нечего? – торжествовал Рихард, пытаясь перевалить через борт.

Она ещё пыталась бороться и изо всех сил била хвостом, но король поймал её под жабры – захватил, как клещами, так что не вырваться.

— Всё, закончили рыбалку! – объявил Рихард, закинув кефаль в лодку. – Плывите к берегу, я желаю поскорее замерить мою добычу и поджарить её на углях! С солью и перцем! И перца побольше!

— Вообще-то, она попалась на мою удочку, – мрачно сказала я, рассматривая полосатое рыбье тело, которое извивалось под солнцем, словно раненый дракон.

— Ваша удочка тресьнула, если помните, – хохотнул король. – Так что теперь это – моядобыча.

Он оттолкнулся от борта, и поплыл к берегу, разрезая волны, как дельфин.

Мне ничего не оставалось, как сесть на вёсла и последовать за ним. Ну вот, теперь на весь день обеспечены насмешки от некоего короля. Сейчас, наверное, от радости лужу сделает, что у принца Альбиокко не было улова…

Но потрясения этого утра не закончились.

— Простите, а что делает ваш брат? – спросила я у Тюнвиля, когда до берега оставалось локтей двадцать.

Брат короля соизволил приоткрыть глаза и чуть повернуть голову:

— Раздевается, – сказал он очень любезно. – Одежда-то на нём вся мокрая. Надо переодеться.

— Вижу, что раздевается, – сквозь зубы процедила я, – и понимаю, что мокрая. Но, кажется, тут вокруг дамы, если господа не заметили.

Король Рихард выбрался на бережок и решил разоблачиться тут же, не заходя в шатёр, который уже поставили.

— А я быстрее добрался! – встретил нас дракон радостным воплем и одним движением стащил через голову рубашку. – Хороша водичка! Бодрит! – и он расстегнул поясной ремень, пританцовывая и встряхивая косматой головой.

Неужели, будет раздеваться перед всеми?..