Книга Жена палача, страница 66 – Ната Лакомка

Я видела, как порывисто вздымается и опускается его грудь. Он волновался, хотя и пытался это скрыть. Я молчала, не мешая ему выговориться, и он продолжал.

— С десяти лет я помогал отцу – присутствовал на всех казнях, подавал ему меч, мылил веревку, помогал снимать одежду с трупов. Наблюдал за пытками – ведь палачу надо уметь пытать людей. Причинять им боль – дикую, невыносимую, но не убивать, если не было приговора. Лет с тринадцати я начал тренироваться на животных – отрубал головы курам, ягнятам, телятам. Потом в восемнадцать мне разрешили провести первую казнь. Вы знаете, что толпе нет дела, какая казнь у палача по счету – первая или десятая? Бывали случаи, что палача убивали на месте, если у него подводила рука, и он отрубал голову не с первого раза… Вы знаете об этом?

— Да, мне говорили, - ответила я кротко. – Если с трех раз не отрубить голову…

— Вот именно, - перебил он меня. – Поэтому я хочу, чтобы завтра вы пошли в мэрию и сказали, что не желаете нашего брака. Причин у вас никто спрашивать не станет.

— И что?

— И никакого брака не будет. Вы выйдете за молодого Сморрета, как и планировали.

— А вы?

— За меня не беспокойтесь, - он усмехнулся, заметно расслабившись.

Наверное, решил, что уже переубедил меня.

— Вас высекут, - сказала я голосом монашки.

— Не смертельно, поверьте мне, форката. Такое бывало и раньше, и я прекрасно всё пережил.

— Раньше? – я вскинула на него глаза, но оставила этот разговор на потом и твёрдо сказала: – Нет, мастер Рейнар. В мэрию я не пойду. Это вопрос справедливости.

— Это вопрос вашего счастья, глупая девчонка! – вдруг вспылил он. – Подумайте о своих детях, если не хотите подумать о себе! Хотя можно и о себе. Вы красивы, молоды, весь мир перед вами. Хотите оказаться запертой в моем доме? Чтобы никто с вами не разговаривал? Не будет больше поездок на пикник, ухаживаний со стороны галантных господ… Не будет ничего, Виоль! Поймите! – он порывисто схватил меня за руку, сжал, царапая мою кожу твердыми мозолями.

От его ладоней горячие волны пробежали по телу, и я поняла, что всё делаю правильно.

— Вы приносите себя в жертву, - продолжал убеждать мастер Рейнар. - Вы даже лица моего не видели, а уже согласились!

— Снимите маску, - попросила я.

Он замолчал на полуслове, словно не веря тому, что услышал.

— Я хочу увидеть ваше лицо. После всего, что произошло, я имею на это право. Вы так не считаете?

Палач отступил от меня, отвернулся, а потом поднял руки к затылку.

Мучительно долго он развязывал кожаные тесемки, помедлил, а потом снял маску и положил ее на стол, но продолжал стоять ко мне спиной.

— Посмотрите на меня, Рейнар, - я впервые назвала его просто по имени. И получилось так легко и естественно, будто я делала это всю жизнь.

Он оглянулся.

Посмотрел через плечо, а потом повернулся ко мне – уже не прячась за свою маску, открывшись передо мной.

Он был гораздо моложе, чем мне казалось. Ему было не больше двадцати пяти лет. А я-то думала, что ему за тридцать.

Я жадно разглядывала тонкие черты, темные миндалевидные глаза, черные брови вразлет – прямые, как крылья парящей птицы.

Точеный нос с крепкими ноздрями, высокие скулы...

Сартенский палач был удивительно красив. Природа щедро одарила этого человека, дав ему помимо прекрасной души прекрасное тело и не менее прекрасное лицо. Что там миндальная красота фьера Сморрета!.. Только сейчас я поняла, что значит настоящая мужская красота.