Книга Миссия в Сараево, страница 49 – Алим Тыналин

Он встал, подошел к окну, стал спиной ко мне.

— Если вы справитесь, — сказал он, глядя в окно, — вы станете одним из нас. Полноправным членом организации. Получите доступ к планам, к связям, к ресурсам. — Повернулся, посмотрел на меня. — Но если вы провалитесь или если я пойму, что вам нельзя доверять… — Он не закончил фразу, но смысл был ясен.

Я встал тоже, взял котелок.

— Я понял, господин полковник.

— Хорошо. — Дмитриевич подошел к столу, написал адрес на листке бумаги, протянул мне. — Запомните. Явитесь сюда послезавтра, в шесть утра. Будьте готовы к нескольким дням вне города. Возьмите минимум вещей.

Я взял листок, прочитал, и вернул.

— Есть вопросы? — спросил Дмитриевич.

— Нет.

— Тогда идите. Майор Радович внизу проводит вас.

Я повернулся к двери, но голос Дмитриевича остановил меня:

— Господин Соколов.

Я обернулся.

Дмитриевич стоял у окна, силуэт против света. Лицо в тени, но взгляд различим.

— Мы ведем смертельную игру, — сказал он тихо. — Против империи, у которой тысячи агентов, огромная армия, неограниченные ресурсы. Мы можем победить только если будем умнее, быстрее, беспощаднее. — Пауза. — Если вы с нами, то до конца. Назад дороги нет. Понимаете?

— Понимаю.

Дмитриевич кивнул.

— Тогда идите. И помните: я буду наблюдать за вами. Всегда.

Я вышел из кабинета, спустился по лестнице. Телохранитель в прихожей вернул мне нож, открыл дверь. Я вышел на улицу, где утро уже разогналось, солнце поднялось выше, туман рассеялся.

Я зашагал прочь от дома. Теперь я не просто наблюдатель. Я соучастник. Соучастник подготовки теракта, который может изменить историю.

Русский читальный зал находился на Теразиях, в двухэтажном здании с выцветшей вывеской «Руска читаоница». Я пришел туда через час после встречи с Дмитриевичем, когда солнце уже припекало, и улицы наполнились белградцами, спешащими по своим делам.

Дверь скрипнула, когда я вошел. Внутри пахло старыми книгами, воском и табачным дымом.

Я прошел между стеллажами, мимо двух студентов, склонившихся над томом Достоевского. В дальнем углу, у окна, стоял Артамонов.

Он изучал корешки книг, будто выбирая что почитать. Одет был в темный костюм, жилет с золотой цепочкой часов, мягкую фетровую шляпу держал в руке. Широкие плечи, жилистое телосложение, смуглое лицо с короткой бородой, начинающей седеть. Выглядел как преуспевающий купец или чиновник средней руки.

Я остановился рядом, сделав вид, что тоже изучаю полки.

Артамонов достал книгу, раскрыл, сделал вид, что читает. Я встал чуть позади, глядя в окно. Со второго этажа открывался вид на Теразийский парк, где гуляли горожане, играли дети, продавцы выкрикивали свой товар.

— Как прошла встреча? — спросил Артамонов, листая страницы. — Как прошла поездка в Сараево. Вы говорят сделали больше чем требовалось.

— Теперь я у них в почете. Что и требовалось от меня верно? А Дмитриевич осторожен. Умен. Профессионал. — Я говорил едва слышно, почти шепотом. — Проверял легенду, задавал вопросы. Психологическое давление. Пытался вывести на чистую воду.

— И?

— Прошел. Дал задание.

Артамонов перевернул страницу.

— Какое?

— Через три дня еду в учебный лагерь за городом. Там группа боснийских студентов. Их готовят к покушению. — Я сделал паузу. — Нужно оценить их готовность.