Книга Фуга, страница 73 – Елена Ядренцева

— Попробовать кого из вас? – уточнил он.

По руке Яблока медленно-медленно ползла оса. Он поглядел на Щепку, снова на осу – и вдруг слизнул ее.

— Доброе утро, – сказал Рысь довольно громко.

Леди тихонько юркнула наружу, к лестнице.

— Доброе, – сказал Яблоко. – Ты видел? Она сама мешала мне общаться. Я ничего не сделал против нее лично. Разве общаться с хорошенькой девушкой – непременно дразнить другую? Я не знал.

Джо знала, в чем ее проблема, ей уже весь Приют это сказал: она все принимала близко к сердцу. Если одно-два слабых места есть у каждого, то Джо вся целиком была больное место.

Черные волосы вечно лезли в глаза, кожа толком не загорала даже летом, и в целом все это смотрелось так себе, во всяком случае, не вызывало радости. Черная куртка, черные штаны, угрюмый взгляд и никакой груди – вот и вся Джо. Если бы можно было врезать отражению, а нос разбить всамделишной себе, Джо с удовольствием бы так и поступила.

Рысь часто спрашивал, что с ней не так, – вообще-то всё. И вот теперь Джо загораживала Леди и смотрела в глаза – да в чьи глаза? Как будто бы они были в стеклянном шаре – только она и Яблоко, которого так испугалась Леди и от взгляда которого хотелось плакать.

Серая пустота. И время замерло.

— Доброе утро, – повторил зачем-то Рысь и вклинился между Джо и Яблоком. Теперь она почти уткнулась Рыси в спину, в синюю джинсовую куртку – ее помнил весь Приют. За ней мог спрятаться хоть новенький, хоть старший. Рысь без нужды переступил с ноги на ногу. Когда Джо только-только попала в Приют, у нее сразу потекла носом кровь, и Рысь заметил и сказал: «Давай провожу» – и правда проводил до умывальника.

Джо подвинулась чуть вбок, чтобы видеть Яблоко.

— Славное утро, – согласился тот с готовностью. – И дети у тебя какие славные…

— Ясен пень, славные, – кивнул Рысь. – А ты что здесь забыл с утра пораньше?

— Может, забыл, а может, не забыл. Я еще не решил.

— А ты реши.

— А у тебя есть аргументы?

— Что ты хочешь?

Рысь вдруг нашарил ладонь Джо и крепко ее стиснул. Яблоко все молчал, качая головой, и Джо впервые в жизни поняла, что Рысь боится. Яблоко смотрел на него, на Джо, на лампу, которая горела тусклым светом, снова на Джо. Пожал плечами. Подмигнул ей. Сейчас ведь люди должны пойти в душ, один за другим, и девушки ворвутся первыми, а парни будут стонать от несправедливости… но нет. Все спят, Приют спит, кроме них троих.

Джо слышала, как ровно дышит Рысь, слишком ровно. И вот когда Джо поняла, что сейчас закричит, Яблоко наконец сказал, чего хочет:

— Ну я бы съел ее целиком, пожалуй что.

— Дяденька шутит, – сказал Рысь спокойней некуда, – хобби у дяденьки такое. Я верно говорю?

— Может, и верно. А может, и нет.

Рысь говорил, не сводя с Яблока глаз. Тот ухмылялся. Наслаждался зрелищем.

— Мы с тобой как условились? – начал Рысь снова. Вдруг Щепка отомрет? Вдруг обойдется? – Мы как условились в самом начале? Когда проголодаешься, ты ешь меня! В смысле мою жрешь силу, а не чью-то!

— Условились, – Яблоко мерил, мерил его взглядом, как будто собирался вот-вот кинуться, – но все меняется. Голод мой нестерпим. Ну уступи мне девочку, что тебе стоит.

— Еще чего.

— Сколь ты принципиален.

— Я не могу тебе позволить ее сожрать.

— Но и убить меня у тебя не выйдет, вот в чем дело. – Яблоко фыркнул. – Непростая ситуация. Со мной и драться не рекомендуется, как ты помнишь.