Книга Ненавидь меня нежно, страница 79 – Морана Ран

Красивый. Очень красивый. И до жути знакомый.

Я моргнула. Где-то я уже видела это лицо.

Он заметил, что я смотрю. Оттолкнулся от колонны и пошёл ко мне, спокойно, без суеты, но толпа вокруг него расступалась инстинктивно, как будто чувствовала, этот человек не любит, когда ему мешают.

Подошёл вплотную. Он наклонился, чтобы перекричать музыку, губы оказались у самого моего уха.

— Николь?

Голос низкий, с лёгкой хрипотцой, но спокойный. Безэмоциональный.

Я медленно подняла взгляд.

— А ты кто?

Он чуть отстранился, посмотрел мне в глаза. В них мелькнуло удивление быстрое, почти незаметное, и тут же сменилось ленивой усмешкой.

— Мы знакомы? — спросила я, прищурившись. Лицо было очень знакомым, но имя не всплывало.

Он не ответил сразу. Просто протянул руку. Красивую, с вязью вен, ладонь широкая, пальцы длинные. Жестом показал на танцпол, пошли.

Я покачала головой.

— Я не знакомлюсь.

Он закатил глаза, нагло, театрально. Как будто я сказала самую большую глупость вечера.

— Нахрен ты мне нужна, — произнёс он почти равнодушно, но громко, чтобы перекрыть музыку. — Я брат Клима. Давай выйдем. Здесь слишком орёт.

Мир на секунду замер.

Брат Клима.

Я вспомнила слова Ани.

Брат Клима, который не выдержал, совсем.

Сердце ухнуло в пятки.

— Ты… Анри? Тебя зовут, Анри?

Он кивнул.

— Ты же умер!

Он снова закатил глаза, теперь уже с усталостью.

— Сегодня воскрес. Пошли выйдем, пока я не оглох.

Вот же Аня! Похоже я не правильно ее поняла.

Я не знаю, почему встала. Может, потому что имя «Клим» всё ещё было как красная кнопка нажми, и тело двигается само. Может, потому что в его взгляде не было угрозы. Только какая-то тихая обреченность. От моего присутствия. Кажется, я его раздражала.

Мы вышли через чёрный ход, он кивнул охраннику, тот даже не моргнул. На улице мороз ударил по голым плечам, по ногам, по щекам. Я обхватила себя руками, пытаясь согреться. Анри прислонился спиной к кирпичной стене, засунул руки в карманы толстовки и стал меня рассматривать медленно, сверху вниз, без стеснения.

Салатовая ткань толстовки мягко обтягивала его плечи, подчёркивая ширину груди. В свете уличного фонаря его волосы казались чуть рыжеватыми на кончиках, а глаза тёмными озёрами.

— Ты точно не маньяк? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Он усмехнулся медленно, уголком рта, и эта улыбка была такой сексуальной, что у меня внутри всё сжалось. Хорош, очень.

— Если бы я был маньяком, ты бы уже кричала в переулке. А я всего лишь младший брат, которого заставили вытащить тебя отсюда.

Я фыркнула.

— Клим просил?

Ага. Сказал: Если увидишь её в клубе, забери. С меня сотка.

Я закатила глаза.

— Передай ему, что я не его собственность.

Анри достал телефон, включил запись голосового. Поднёс к губам.

— Она мне не доверяет. Боится, что я маньяк.

Отправил. Мы молчали секунд десять. Потом телефон коротко пиликнул, пришел ответ.

Анри включил голосовое на громкой связи.

Голос Клима, низкий, спокойный, с той самой ядовитой интонацией, от которой у меня всегда всё внутри сжималось:

— Скажи ей, что одно любопытное видео поможет стать смелее.

Анри выключил запись. Посмотрел на меня.

— Вы точно братья. Оба одинаково выводите из себя.

Он усмехнулся снова, теперь теплее.

— Видишь? Мы уже знакомы. Пошли, тебе холодно.