Книга Мания Изотова, страница 11 – Настасья Карпинская

— Мам, возьми, говорю. Чтоб в деревню ехать бензин нужен, да и так на продукты. Отцу скажешь, что заказ хороший подвернулся. А у меня есть. Нам за два месяца дали, — солгал, не моргнув глазом, мама, покачав головой, стесняясь все-таки, взяла деньги и спрятала, сунув их вырез кофты. В это время в ванной перестала журчать вода, и послышались шаги отца.

— Привет, бать! — пожал руку хмурому отцу, вошедшему на кухню.

— Здорово! Что-то ты ни свет ни заря. Как на службе дела?

— Да ничего. Работаем. Как обычно.

— Ты там аккуратней. Вчера, говорят, опять в центре стрельба была, — мрачно произнес отец и потянулся за чашкой чая, которую перед ним уже поставила мама.

— Стараюсь, — я закинул в рот, последний кусок оладушки и поднялся с табурета. — Мамуль, спасибо, накормила на весь день. Таких вкусностей в служебной столовке нет, — и я поцеловал маму в щеку. — Поехал я, а то в отделе дел вагон.

— А чего приперся-то с утра? — нахмурился отец. Его душевный настрой явно оставлял желать лучшего.

— Узнать, как у вас дела. Не видел давно. И маминых оладий не кушал. А вообще, думал, ты на рыбалку меня позовешь. Сгоняем в выходные?

— Сгоняем. Ты с работы своей только вырвись, а то без отдыха и продыха вкалываешь.

— Договорились, бать. В субботу давай, заеду в шесть утра.

— В пять.

— Значит, в пять, — я улыбнулся и подмигнул маме, несмотря на мрачное настроение отца, она улыбнулась мне в ответ.

В отделе кипела работа. После вчерашнего теперь предстояло писать гору отчетов на стол Васильевичу. Терпеть не мог эту возню с макулатурой. У Синицына этот рабочий момент тоже не вызывал энтузиазма, поэтому я, взяв бо́льшую часть на себя, корпел за столом, а его заставил зачитывать мне интересные факты из дел убитых, особенно тех, кто был связан с Тумановым.

— Никоян Вахтанг Анаитович. Дважды привлекался за разбой, по факту там мокруха была, но списали на более легкую статью.

— Глухаря очередного на отдел повесили?

— Нет. В первом случае шестерку какую-то посадили, а во втором — бомжа местного.

— А говорили, что наш брат свят и неподкупен.

— Ну пиздеть не мешки ворочать. Ты что узнать-то хочешь? Не пойму.

— Да просто разобраться, что за возня вокруг твоего Туманова происходит, кто, кому, кем приходится и с кем дружит и против кого.

— Да, ты хрен разберешься, оставь это дело, тут один день — так, а на другой уже — этак. Рокировки такие происходят, что диву даешься. То они в перестрелках мочат друг друга, то через неделю за одним столом сидят и бизнес совместный мутят. Хуй проссышь. Ты давай пиши-пиши, а то Васильевич там зубами уже скрипит. Подкинул нам Туман работенки, конечно, а мог бы двадцать шестому отделу геморрой организовать, дал бы Никояну только до дома доехать.

— Я не пойму, ты сейчас плачешься, что это нам разгребать, или расстраиваешься, что подгадить двадцать шестому не удалось?

— И то и это. Статистику смотрел? — спросил Синицын, и я отрицательно повел головой, уткнувшись в бумаги, — тогда глянь. У них показатели выше наших.

— Не завидуй, а работай, давай.

Наше «уютное» времяпрепровождение вдребезги разбил влетевший в кабинет Сомов.

— Собирайтесь, мужики. Нам бумагу на обыск и задержание Журавлева дали. Машины уже ждут.

— Сука. Очень вовремя, — выругался Валерка и потянулся за кобурой.