Онлайн книга «Соседи. Книга 2»
|
Вот дверь захлопнулась, и дочь стремглав промчалась в свою комнату, даже не повернув в сторону кухни головы. Крепче обхватив себя руками, Надя напряженно вслушивалась в наполняющие квартиру звуки жизни: хлопанье дверец шкафа, скрежет расстегивающейся молнии, шуршание тканей. Налитое свинцом тело прибило к стулу – силы утекли из нее, кухня кружилась. — Ты что, дома? – раздался вдруг недоуменный возглас. – Почему валокордином пахнет? С трудом оторвав взгляд от цветастой черногорской скатерти, Надежда попыталась сфокусироваться на источнике звука. Ульяна высунула голову в коридор и таращилась на нее теперь во все свои испуганные глаза. — Как видишь… – тихо отозвалась Надя. Злость, родившись, поднималась к сдавленному горлу и рвалась наружу, требовала выплеснуться на эту маленькую безмозглую головку. — Давно? – севшим голосом поинтересовалась Уля. Надя перевела взгляд на настенные часы, пытаясь вспомнить, когда попала в квартиру. Наверное, часа три уже есть. Так уж вышло: Зое позвонило вышестоящее начальство и попросило к двум часам дня быть на рабочем месте – шишка там какая-то с внеплановым визитом в ее больницу решила наведаться. Пришлось собираться куда раньше оговоренного. Если бы она только знала, что ее здесь ждет… — Достаточно давно… — А… почему не позвонила? – прислоняясь к косяку, прошелестела Ульяна. Все она уже поняла, а сейчас просто-напросто пыталась убедиться, что поняла правильно. Что ж… Пальцы впились в истерзанное за минувшие часы кухонное полотенце. — Не хотела отвлекать. Даже с такого расстояния было видно, как от лица дочери отлила, а потом прилила к щекам кровь. Гордо вздернув подбородок, Уля долго молча сверлила ее вмиг ожесточившимся взглядом, а после не придумала ничего лучше, как спрятаться в собственной комнате. Снова послышалось шуршание, что-то упало, Ульяна чертыхнулась под нос. Миг – и пролетела по коридору в ванную, загремели ее бутыльки. — Мы уезжаем, мам. За город. Вернусь или завтра вечером, или послезавтра днем, – послышался звенящий напряжением голос. Приплыли. «Еще чуть-чуть дашь собой попользоваться?» — Как ты могла?.. Вертевшийся на языке и все-таки сорвавшийся с него вопрос был адресован в никуда, ответа Надежда не ждала. Могла. Голос ослабел, но Ульяна, конечно, все услышала: перезвон стеклянных баночек прекратился. Надя не понимала, чего в ней больше: злости на дочку или на себя? Разочарования в дочке? Или в себе? Страха? Непонимания, что делать? Делать ли вообще? Или это все чувство собственного бессилия? Что тут сделаешь? Ее дочь выросла, ее дочь хочет все «сама», «сама», «сама», отказывается слушать, грозится отселиться, вот уже и квартиры смотрит. А ей, Наде, только и остается, что молча наблюдать и безостановочно молиться, уповая на лучшее. Больше ничего она не может. Спустя пять, десять или пятнадцать минут – Надежда совсем потерялась во времени – Ульяна возникла на пороге кухни со спортивной сумкой наперевес. Замерла, но лишь на мгновение, подлетела и, обвив шею теплыми руками, распухшими губами поцеловала в щеку. — Мам, я влюбилась! Ну порадуйся же за меня наконец! «Ой, дурочка… В кого?!» Спустя несколько минут входная дверь хлопнула, и Надежда вновь осталась одна. Кое-как оторвав себя от стула, прошла в Улину комнату, к окну: оттуда хорошо просматривался двор. Так и стояла, приклеившись к полу и глядя на в гордом одиночестве восседающую на лавке непутевую свою глупышку. Ничему не смогла за эти годы ее научить. Спустя какое-то время у подъезда остановилось и не уехало такси. Еще несколько минут – и рядом с гитарой на плече, каким-то снимком в одной руке и сумкой во второй нарисовался Егор. Секунда – и Уля выхватила черный прямоугольник и рассмотрела на свет. Пять – обвила его шею руками, как только что обвивала ее, поцеловала… нет, вовсе не как только что целовала ее, отнюдь не в щеку. Десять – он забрал ее сумку и открыл перед ней дверь такси, отправил в багажник вещи. Еще десять – машина скрылась из вида, душа треснула, а внутри воцарилась оглушающая тишина. |