Книга Школа. Питер. Любовь, страница 87 – Саша Керн

— Картина? – недоверчиво уточнила я.

— Ты…

Несколько секунд мы не прерывали зрительного контакта, но тут я почувствовала, как щёки снова запылали, и отвернулась, следя за тем, как за дверью следующего зала скрывался наш класс.

— Пока вы тут в гляделки играете, класс уже в другой зал перешёл. Отстанете, потом искать вас…

Это был Фролов, при виде которого я тут же забыла, о чём мне сказал Кравцов. Захотелось догнать Даню и сказать, что всё не так, как ему кажется. Внутренне я ощущала себя разорванной, будто меня тянули в разные стороны и в какой-то момент я стала состоять из двух половинок. Одна тянулась к Дане, который мог согреть своим теплом, а другая вспыхивала рядом с Максом.

— А ты помощник гида, что ли? – тут же завёлся Кравцов, и на него шикнула сотрудница музея. – Извините, – смутился он, понимая, что заговорил слишком громко.

— Мы уже идём, – я схватила его за руку и потащила за собой. – Не рычи на него. Ты же сам хотел такой реакции, а теперь вдруг против, что он на нас обращает внимание?

Мы вошли в тронный зал, вот только услышать, что рассказывает экскурсовод не получалось: здесь запрещалось толпиться, так что наша группа двигалась быстро, уже переходя в следующее помещение. Я успела сделать фотографии трона, лепнины, каких-то мелких деталей, представляя на этом кресле в центре Петра I, так было красиво и величественно. Но вголове крутились другие мысли.

— Ты хочешь, чтобы он поскорее проявил себя, бросил Варю и?..

Кравцов вдруг резко остановился и посмотрел на меня сверху вниз.

— Я хочу, чтобы сейчас он от меня отстал. И от тебя тоже.

Я заморгала, осознавая смысл его слов, но спорить не стала, обошла его и направилась в Гербовый зал, как гласил указатель. Протиснулась между ребят поближе к экскурсоводу, чтобы расслышать рассказ о том, когда и как восстанавливали здесь стены и своды, как люди старались спасти Зимний дворец в Великую Отечественную войну после полнейшего разгрома, как и работники музея, и простые люди днями и ночами разбирали завалы и приводили всё в порядок.

Но стоило Шутову услышать о том, что в Эрмитаже снимали фильмы, а в Гербовом зале в основном сцены с балами, как он тут же схватил меня за руку, потому что именно я оказалась с ним рядом, и закружил по залу в вихре вальса, наступая на ноги. За нами следом Марк подхватил Алину, а Кравцов закружил Варю. И если сначала я улыбалась, кружась с Тимофеем, то, увидев, как Варька хохочет в лицо Максу, тут же напряглась и отвернулась, вырываясь из рук Шутова.

Вырвавшись, я заметила, как Даня выходит из зала в следующую дверь, и поспешила за ним.

— Ребята, перестаньте! – наконец одёрнула всех классная. – Мы на экскурсии.

Кажется, балаган за моей спиной прекратился, но я не обернулась, чтобы посмотреть, а продолжила шагать за Фроловым в сторону продолжения осмотра. И не успела я пересечь порог, как возле одной из стеклянных витрин наткнулась на Даню – он рассматривал какие-то фигурки.

— Угомонились? – Данька повернулся ко мне. В тусклом свете зала его скулы так отчётливо вырисовывались, что на них было видно, как играют желваки.

— Я…

— Послушай, вчера… Я не знал, что ты с Кравцовым уехала. Просто хотел встретить, темно, все дела. У тебя ведь в шестом классе чуть не вышла тройка по географии, вот подумал, не заблудилась бы… – Он смущённо улыбнулся, а мне захотелось рассмеяться.