Книга Рыцарь и мотылек, страница 110 – Рейчел Гиллиг

Рори перестал бросать свою монету. Он стоял напротив меня, влажные волосы лезли ему в глаза, он вымок насквозь, на скулах ходили желваки.

Я рванула вперед.

Он не успел швырнуть монету. Я мигом очутилась рядом, врезалась в него, обхватила за пояс, плечом упершись в живот. Оскалила зубы – так напряглись мышцы.

И рухнула вместе с ним на землю.

Я не знала, куда деть руки. Но во мне сидел зверь, и когда Рори, резко выдохнув, ударился спиной о камень – с монетой в кулаке – я пригвоздила его запястье к земле, оседлала сверху, а свободной рукой взяла за горло.

— Как ты не понимаешь, что все это очень личное?

Мы застыли, тяжело дыша, и наше дыхание заглушало – или изменило – кипящую ярость. Я смотрела на него сверху вниз сквозь промокший от дождя покров, а он на меня снизу вверх своими невероятно темными глазами, и в этот миг мы стали подобны магической монете: словно две ее стороны, разные, но уравновешивающие друг друга. Его скорость против моей силы, и лишь слепой случай определял, кто из нас одержит верх.

Горло Рори внезапно дрогнуло у меня под ладонью. У него бешено колотилось сердце, пульсация отдавалась повсюду – в шее, в груди, и даже эхом отражалась в моем собственном теле.

— Ладно, – выдавил он хриплым голосом. – Это личное. Если бы я хоть немного понимал, как следует с тобой говорить, может, уже признался бы, ведь для меня это тоже личное. – Его взгляд опустился на мои губы. – Все было не зря, Провидица. Ты важна. Ты… – Он запнулся. Посмотрел на мою руку, которой я придавливала ему шею. Усмехнулся. – Но ты должна знать: если собираешься взять кого-нибудь за горло…

Рори свободной рукой перехватил мою и дернул вперед, и вот уже к его шее оказалась прижата не ладонь, а мое предплечье.

— Лучше подобраться вплотную. Больше контролируешь ситуацию, меньше шансов, что противник тебя ударит или отбросит. – В голосе Рори словно тлели угли. – Наклонись вперед.

Я сжала бедрами его ребра.

— Я тебя задушу.

— Ты и без того уже придумала тысячу способов меня придушить. – Он подбросил бедра, и я сместилась вперед, распласталась грудью на его груди, предплечьем упершись в горло.

— Хорошо. – Рори прерывисто дышал. – Вот так.

С моих волос текла дождевая вода, капала с носа, с изгиба губ, падая уже на губы Рори. Я смотрела вниз на его рот, а он – вверх на мой, мы неумолимо сближались, словно звезды, что движутся по небу, ошеломляюще и неизбежно. Я ощущала все его тело – и тот миг, когда оно напряглось. Рори покраснел. Он медленно поднял руку к моему лицу. Погладил мою губу и нажал на нее, приоткрывая рот. А потом приподнялся и едва заметно коснулся моих губ своими…

— Вы там все еще деретесь? – крикнул кто‐то сквозь дождь. – Или уже сменили тактику?

Я отпрянула. Чуть поодаль стояли Мод и Бенджи. И нетопырь, разумеется, был при них – тыкал пальцем в капли дождя в воздухе.

— Ну и ну, Бартоломью, – рассеянно произнес он. – У вас там все хорошо?

Я оторвалась от Рори быстрее, чем бегала по лестнице.

— Все хорошо.

— Я имел в виду его, Бартоломью. – Нетопырь наставил каменный палец на Рори. – У этого негодяя растерянный вид.

Рори, все еще тяжело дыша, лежал на земле и смотрел в никуда. Грудь его мерно поднималась и опускалась; затем он провел рукой по лицу, поднялся на ноги и подошел к Мод и королю.