Книга Конец света. Детка и Кракен, страница 40 – Оксана Северина

Я замолкаю, погрузившись в воспоминания о своем детстве. Вся моя жизнь прошла рядом с Майкой. Подруга? Сестра? Нет, не так. Она была частью меня, словно привязана ко мне этой гирляндой.

— Майка погибла? — осторожно спрашивает Кракен.

Пожимаю плечами и снова исправляюсь.

— Скорей всего, да. Однажды она отправилась в поход… Майка любила походы. И это было так обыденно… Кто же знал, что именно тогда грянет этот дурацкий конец света. И она… Она не вернулась, Кракен. Прямо на ее маршруте треснула и разошлась земля. Никто точно не знает, погибла их группа или кто-то смог выжить, но официальная версия — она оказалась не в том месте и не в то время. Мы долго искали Майку, а потом… потом они сдались. Ее родители. Знаешь, когда их дом рушился, они просто стояли в окне. Просто стояли… Их лица ничего не выражали: ни страха, ни боли, скорее — долгожданное облегчение. Боже, это было так жутко, будто они уже умерли и из окна на нас смотрели два привидения. Я думала тогда, что сойду с ума…

— А ты, Детка? Ты же тогда не сдалась, верно?

Я морщусь, переключаясь с тяжелых воспоминаний на не менее тягостные мысли:

— Если честно, не знаю, Кракен. Не представляю, что думать. Головой-то понимаю, что если бы Майка выжила, то нашла бы способ вернуться. Она бы никогда не бросила нас: ни меня, ни родителей. Но ее смерть лишь предположительна, никто точно не знает. И это хуже всего. Эта неизвестность меня просто убивает. Я давно ее не жду, но в глубине души все же надеюсь, что она выжила и у нее сейчас все хорошо. Как это расценить? Сдалась я или нет? Все так глупо, правда?

— Нет, Детка, вовсе не глупо. Я могу понять, о чем ты говоришь. — Кракен накрывает мою руку на своем плече ладонью. — Как погибли твои родители?

Я задумываюсь, прежде чем ответить. Не потому что вопрос кажется неуместным любопытством на фоне моего горя. Нет, я чувствую, что Кракен бережно относится к моим словам и моей истории. Просто не знаю с чего начать.

— Когда-то мой папа работал водителем на скорой, но к моменту моего поступления в колледж вышел на пенсию. Мама тоже работала там, только фельдшером.

— Мама — фельдшер, папа — водитель на скорой. Детка, да ты просто обязана была пойти в медицину! Но почему не врачом?

Я улыбаюсь:

— А я и собиралась. Готовилась. Только медицинского ВУЗа в нашем городе нет, а мне не хотелось надолго оставлять стареющих родителей. Мы с Майкой решили, что поступим в местный колледж. Медсестрой тоже быть неплохо, ты и сам в этом смог убедиться.

Кракен слегка пожимает мои пальцы. Его ладонь по-прежнему лежит на моей.

— Когда Майка исчезла, а ее родители погибли… Когда в каждую семью на нашей улице пришли потери и боль, папа решил, что он достаточно отдохнул, пора вернуться к работе. А следом за ним вернулась и мама, потому что она всегда была рядом с ним. Ой, извини…

— Ничего, Детка, не извиняйся. Продолжай.

— Хорошо, — киваю. — Потом землетрясения разрушили все, и наша больница осталась единственной на всю округу. Началась паника. Люди стекались к нам со всех окрестностей в поисках медицинской помощи. Тогда еще сохранялась часть дорог, поэтому машин было много. И скорая помощь тогда тоже еще работала. Но персонала не хватало, поток пострадавших увеличивался с каждым днем, и мы захлебывались в работе. Я не думала, что родителей примут обратно из-за возраста. Но их взяли. Всех добровольцев разделили на бригады, и мои родители оказались в одной. Каждой бригаде выдали по машине и солдата с оружием в сопровождение. И они стали колесить по окрестностям, помогая всем, кто в их помощи нуждался.