Онлайн книга «Последний принц»
|
— Пока они ещё не поняли, кто мы, – подхватила Канюль. – Но, если хоть немного разбираются в магии… — Тогда быстро всё поймут, – закончил за неё Чонха. – Особенно если заметят, что нас было трое. Среди магов-партнёров это слишком явная подсказка. Повисло молчание. — Значит, первым делом возвращаемся в академию, – твёрдо сказала Канюль. – Если что-то случится, профессор Сол нас прикроет. Все трое кивнули. Канюль обернулась к дому, погружённому в темноту. Просто сказать родителям, что уходит… Нет. Они бы сразу встревожились. И тут из дома с фонарём в руках вышла мать. Увидев Канюль, она ускорила шаг, но внезапно остановилась, с тревогой вглядываясь в лицо дочери. — Что случилось? Что-то произошло? Канюль прикусила губу. Стоило ей дрогнуть – выдать себя хоть малейшей слезой, – и мать тут же запаникует. — Мама, простите… – прошептала она. – Сегодня я не смогу вернуться на ужин. Мне нужно срочно уходить. — Что? Но как же так?.. Я ведь курицу уже приготовила… — Подожди, дорогая, – вмешался отец, появившийся в дверях гостиной. Мать осеклась, когда он вышел на крыльцо, прищурившись в темноту, и медленно сошёл по ступенькам. Теперь во дворе, погружённом в густую ночь, стояли родители и трое молодых волшебников. Отец оглядел Канюль, потом перевёл глаза на Чонха и Санёна. — По лицам видно – всё уже решено. Спрашивать, что произошло, наверное, поздно, не так ли? – В его голосе прозвучала горечь. – Я отправил тебя в Каонскую академию, чтобы ты училась. Чтобы ты развивалась, открывала мир, но не ради… не ради этого. — Я знаю, отец, – ответила Канюль. – И именно потому поступаю так, как должна. Отец задумался, на миг опустив взгляд. Затем неожиданно тяжёлым голосом спросил: — Это связано с просветителями? Канюль вздрогнула. Глаза её расширились от удивления. Она и представить не могла, что отец догадается столь точно. — К-как вы?.. — Что ты сказал?! – перебила мать, и её голос сорвался. – Просветители? В такие опасные дела… Ты не могла, ты не должна была… Она качала головой, словно отталкивая услышанное, как нечто немыслимое. — Нет… Это ошибка, Канюль. Это не может быть правдой! Отец вновь взглянул на дочь с тревогой, страхом и бессильной просьбой в глазах. — Прошу, подумай как следует. О нас. О матери. О себе. Канюль выдохнула и подняла на отца глаза. Голос её был мягким, но полным решимости: — Я подумала, отец. Потому и иду. Что лучше: погибнуть всем или попытаться остановить беду? Если есть хотя бы малейший шанс что-то изменить, разве можно просто остаться дома? — Канюль… Чонха шагнул вперёд, будто хотел что-то сказать, но Канюль качнула головой. Слова уже прозвучали. И когда-нибудь она всё равно должна была их произнести. Теперь, глядя отцу прямо в глаза, она окончательно утвердилась в своём решении. — Отец… – тихо заговорила Канюль, – вы ведь и сами знаете: сейчас – наш последний шанс. Надежда не вечна. И раз она всё ещё с нами, мы обязаны за неё сражаться. Отец долго молчал, прежде чем тяжело выдохнуть: — Думаешь, я не понимаю? Я знаю, к чему ты стремишься. Знаю, какой горькой может быть реальность, когда рушатся мечты. Но почему ты, Канюль? Почему именно ты должна идти этой дорогой? — Потому что, если я дойду до конца, это освободит не только меня, но и вас. Всех, кого я люблю, – ответила она спокойно. |