Книга Её единственный омут спасения, страница 22 – Екатерина Звёздная

Горячая рука прошлась по спине, успокаивая. Лёгкий запах рубики с примесью какого‑то неведомого мне аромата проник в нос, заставляя невольно расслабиться напряжённое тело. Но на смену спокойствию пришла истерика, стоило переживаниям покинуть меня. Из глаз потекли крупные слёзы, которые не могла остановить чужая кожа.

— Не думал, что ты такая плакса, — прозвучал в ухо чужой шёпот. Жар дыхания окрасил кожу в красный цвет. Захотелось тут же спрятаться, но ещё большим было желание не отпускать единственный источник спасения в этой темноте.

— И сколько же ты ещё будешь… — фраза оборвалась.

Я замерла в чужих руках, но тут же крепче сжала талию, ощущая все бугорки крепкого накачанного тела. Двоякие чувства накрыли меня: отчаяние ещё не прошло, вызывая слёзы, а упругие мышцы, обёрнутые в горячую кожу, так и манили изучить их. Я ладонями ощущала гладкую кожу спины, даже невольно пару раз провела вверх‑вниз, смакуя это неизведанное мне чувство.

Мои действия не остались незамеченными: в ухо ворвались лёгкий смешок и жаркий выдох.

— Проказница.

Жар накрыл с головой, слёзы высохли моментально. Уже было не до отчаяния. Я боялась теперь пошевелиться. Замерев, словно испуганный кролик в чужих руках, я слушала биение чужого сердца. Так мы и висели в этом пространстве.

Не знаю, сколько времени прошло, но я начала задыхаться. Понимая, что дальше так быть не может, я пошевелилась. Плащ сняли с головы, открывая доступ к воздуху. Я осмотрела пространство: в кромешной темноте отдаленно иногда мигали слабые белые огоньки. Сейчас было не так страшно, и мне очень хотелось понять, что происходит.

— Где мы? — голос был хриплый от рыданий.

— М…

— Информативно, — пробурчала я, обдавая чужую грудь своим дыханием и ощущая лёгкую дрожь мужского тела.

Послышался ещё один выдох, и мужчина замер.

— Свихнуться можно, — пробурчал он. — Мы в пространстве Эпонеи. Ты об этом что‑то знаешь?

Я покачала головой. Я вообще не понимала, что происходит. Я как человек с примесью расы эромов, основные способности которых связаны с применением ароматов и запахов, явно не обладала какими‑то умственными и телекинетическими способностями, чтобы иметь возможность попадать в какие‑то пространства.

— Даже не слышала. Мне мало что известно о… — я замолчала. Не хотелось говорить о своих генах.

— Это место называют колыбелью телекинеза, скажем так. Довольно мрачное. Оно засасывает в свои сети всех, кто обладает телекинетическими способностями или как‑то связан… — мужчина замолчал.

Продолжать он не спешил, хоть я и ждала, когда он закончит мысль.

— А дальше? — как‑то обиженно пробурчала я.

Мужчина обнял меня крепче, словно прося не спрашивать, и уткнулся губами мне в макушку. Сила объятий вызвала лёгкую болезненность в месте сдавливания, но я молчала. Видимо, он осознал причины, но говорить мне их не особо хотел.

— Тебе нужно кое‑что приобрести. Но я не знаю, хватит ли у тебя денег на это.

— Что‑то дорогое?

— Да, но очень эффективное.

Я помолчала. Разговор был обрывочным, и в целом всё казалось странным.

— Эй, а ты кто вообще?

Только сейчас я поняла, что даже не знаю, с кем меня связало пространство. Виделись ли мы с ним раньше? Если да, то где?

— Это важно?

— Ну, довольно странно обниматься с голым мужиком, даже не зная его имени. Причём обниматься дважды.