Книга Повелительница, страница 155 – Юлия Белова

— Вы слишком долго отсутствовали и были лишены информации, — начал говорить советник, когда Тамиша замолчала. Он говорил неторопливо, взвешивая каждое слово. — То, что Анна Баладжар, супруга Повелителя Одаша, стала во главе Аркахаллы, было желанием самого Повелителя. Именно он назвал её своей преемницей. Другие возможные кандидаты добровольно отказались от этой ноши. Что касается ваших брата и матери — они сами выбрали такую судьбу. Они бросили вызов и проиграли.

Старик на время замолчал, давая Тамише возможность ещё раз всё обдумать. Он смотрел на неё внимательно, изучающе — и в его взгляде читалось что‑то вроде сожаления. Впрочем, он не сомневался, что она просто не желает его слышать. К сожалению, Повелительница была права: даже время и обстоятельства не изменили любимую дочь Повелителя Джихиньяра. Она осталась такой же упрямой, такой же ослеплённой своей болью.

— Впрочем, я пришёл сюда не поэтому, — продолжил разговор советник, слегка подавшись вперёд. — Думаю, вам необходимо знать, что сегодня во дворец прибыли послы из Левинии, возглавляемые самим Грешем Анирьером, с требованием выдать им вас и детей.

Тамиша напряглась — её пальцы, сжимавшие колени, побелели. Но больше ничем своего волнения она не выдала: лицо осталось неподвижным, лишь в глазах мелькнуло что‑то тёмное, почти испуганное.

— Она отдала нас? — едва слышно спросила она. Голос дрогнул, выдавая ту бурю эмоций, которую она так старательно скрывала.

— Нет, — честно ответил айшир Анаташ. — Повелительница, несмотря на все их аргументы и угрозы, ясно дала понять, что не выдаст ни вас, ни детей. Также хочу заметить, что она сказала вашему родственнику, что не позволит причинить вам вред. К тому же, вы должны знать, что рядом с комнатами детей был пойман подосланный убийца. Но заверяю — маленький принц в полной безопасности.

Тамиша смотрела на Анаташа в удивлении. Её губы слегка приоткрылись, а глаза расширились — словно она впервые увидела мир без пелены ненависти и обиды. Ей трудно было принять, что Анна действительно так поступила. Она думала, что при малейшей возможности та тут же выдаст её — чтобы наказать, чтобы отомстить за прошлое.

И как бы ни хотела она это признавать, но в глубине души Тамиша прекрасно её понимала. Она вспомнила ту секунду, когда думала, что дети приняли яд, — ту невыносимую боль, тот животный ужас, сковавший сердце. Что же должна тогда чувствовать сама Анна, которая потеряла ребёнка по её, Тамиши, вине? Что бы сделала в таком случае сама Тамиша?

В комнате повисла тишина. За окном догорал закат, бросая последние лучи на лицо Тамиши. В этот момент что‑то в ней надломилось — старая ненависть, годами копившаяся в душе, дала трещину. Впервые за долгое время она посмотрела на мир не через призму собственной боли, а попыталась увидеть чужую.

— Сейчас армия Аркахаллы готовится к худшему из раскладов, — продолжил делиться информацией Анаташ. Его голос звучал ровно, но в нём угадывалась тяжесть осознания грядущих событий. — Не исключено, что в скором времени нас будет ждать война.

Тамиша снова отвернулась к окну. В голове царил хаос — мысли метались, сталкивались, рассыпались на осколки и снова собирались воедино, но так и не складывались в цельную картину. За окном ветер гнал по небу рваные облака, словно предвещая бурю.